Тишина

С тех пор как ты ушла, молчит весь дом,
И эхо шагов затихает в углах.
Мне кажется, я задыхаюсь под льдом,
И свет погас в этих серых стенах.

Твой голос звенел, словно утренний луч,
Теперь его нет — лишь немой, пустой звук.
Я к небу взываю из каменных круч,
Но мир равнодушен к агонии рук.

Ты гладила щёки, шептала: «Держись»,
А я разучилась держаться за свет.
Земля уползает, и рушится жизнь,
И прошлому больше спасения нет.

Твой фартук висит на спинке стула,
В кармане засохший лежит лепесток.
Я плачу так тихо, чтоб ты не уснула,
Но ты уже спишь — последний твой вздох.

Мне снится, что ты выходишь из сада
С корзиной сирени и белым платком.
Я бегу к тебе — и в груди та преграда,
Проснуться нельзя, но и спать — не с огнём.

Как больно, что больше не взять мне ту трубку,
Не спросить: «Ну как ты, мам, как дела?»
Я из тишины свою шью шубку,
Где вместо подкладки — твои зеркала.

В них вижу себя, но чужую, седую,
С твоей материнской печалью в глазах.
И мир без тебя никак не приму я,
Он весь превратился в жестокий прах.

Ты спишь под берёзой, под небом сырым,
А я здесь, в аду, среди чашек и книг.
Ты стала дождём, ты стала стихом,
Но разве стихи заменят твой лик?

Я буду идти, запинаясь о даты,
Оплакивать запах знакомых волос.
Мы были с тобой навсегда там когда-то,
Но вечность рассыпалась в горстку из слёз.