Сады Семирамиды

                Озеленил Навуходоносор
                Печальные ущелья Вавилона...
                И в час плодоношенья, в час урона
                Нисходит ливень персиковый с гор.

                На головы распутниц молодых,
                Спасающихся в хохоте при этом,
                Веселье плещет, сорванное ветром,
                И слаще пляски всякой бегство их.

                Проносятся, не помня о простуде,
                По жиже тёплых персиковых луж.
                И персями подрагивают груди,
                Едва их тронет персиковый душ.

                Как будто, штурмом вал преодолев,
                Ворвался в город рыжий неприятель
                И не щадит ни пышных кос, ни платьев,
                И лапает бегущих с визгом дев,

                Чьих ножек босых узкие следы
                Сродни давильщиц танцу в пьяном чане…
                Кустов, деревьев, крыш, террас качанье!
                Да здравствуют висячие сады!

                Тут солнце не в зените, а – кругом,
                Как только море для существ подводных,
                Едва ударит персиковый гром,
                Садам висячим предвещая отдых.

                Тогда, вакханкам перепоручив
                Мятеж ветвей и ветра нетерпенье,
                Сады уйдут, как всякий дождь – в ручьи,
                Сады уйдут, как всякий ливень – в пенье.

                И город станет липко-розоват;
                Обильно залит персиковой кровью,
                Как будто низкий пагубный разврат
                Очистился высокою любовью.