След римской сандалии на влажной глине

Дождь кончился. Остийский тракт размыт.
Лежит во лимусе *, в коричневой грязи,
Оттиснутый имперский алфавит —
След кожаной, плетеной кальцеи.
Я трогаю подошвою своей
Его края. Они еще упруги.
Здесь жил солдат. Он гнал своих свиней
Или спешил к жене под сень лачуги.

Вдыхаю запах: прель, навоз и йод
Морской воды, что преторианцем
Вплелась в суглинок. Черный жир болот
Сочится сквозь века протуберанцем.
Мой палец вязнет в ямке от гвоздя,
Что шляпкой медной удерживал союз
Подошвы с кожей. Капля из дождя
Хранит в себе неусмиренный груз
Эонов. Глина чавкает, живая,
Выплевывая каменную крошку.
Она теплей, чем бронза ножевая,
И помнит тяжесть ровно понемножку:
Давление пятой, упор носка,
Чуть скошенный каблук — хозяин был калека.
История пугающе близка,
Когда она течет из-под ресниц простого человека.

Вот здесь он оступился. Скользкий мурса
Ударил в щиколотку. На бороздках
Остался пот солдата и слюна,
И шерсть овцы, приставшая к обмоткам.
А рядом — след воловьей колеи,
Где ось телеги процарапала улитку.
Мы все теперь — ничьи и лишь свои,
Спрессованы в единую кибитку.
Он шел из порта. Нес домой тунику,
Облитую дешевым пальмовым вином.
Теперь я эту чувствую тоску
Своим небритым, мокрым кадыком.

Над нами крикнет галльская ворона,
Почуяв падаль или просто свет.
На дне следа блестит пятно Вероны —
Осколок темного стекла минувших лет.
Я наклоняюсь ниже. В глубине,
Сквозь папиллярный узор чужой мозоли,
Я вижу Рим, сгоревший на огне,
Застывший в этой глиняной неволе.
Там отпечаток пальца легиона,
Там пахнет гарью, потом и судьбой.
След на земле — прочнее Парфенона,
Когда он дышит под моей стопой.

Я вытираю руки о хитон.
На пальцах сохнет бурая короста.
Я тоже стану глиной для колонн
Какого-нибудь будущего моста.
Но этот миг... Он длится только вздох.
В нем квирит жив. И дождь вернется снова,
Чтобы залить, как жидкий варвар-мох,
Простое тело римского улова.
Пока же туфли впитывают стынь,
И липнет к пальцам сумеречный ил...
Я наступлю в него. Я знаю синь
Небес, которых он не заслужил.

Краткий глоссарий использованных латинизмов (для сохранения ритмики стиха):

Лимус (limus) — жидкая грязь, тина, ил.
Кальцея (calcea) — обычно высокий сапог или гамаша; здесь поэтическая вольность для обозначения тяжелой рабочей обуви или сандалии-галоши (caliga), сплетенной из ремней.
Мурса (mursa) — скользкий ком влажной глины или жирной земли.
Хитон (chiton) — нижняя туника, рубаха из льна или тонкой шерсти.
Квирит (Quiris) — полноправный гражданин Рима; здесь означает «простой человек», обыватель.
Преторианец (praetorianus) — здесь метафора соленой морской воды, напоминающая о гвардии императора, которая часто вмешивалась в дела государства так же грубо и неумолимо, как шторм.