Шёпот ветра в развалинах

Среди руин, где время сплетает тени с пылью веков,
Где камни помнят шаги, но забыли людские слова,
Я замираю, вслушиваясь в тихий, тягучий мотив,
Что ветер поёт среди трещин, меж серых, усталых плит.

Воздух напоен ароматом сухой полыни и мёда степного,
Примесью дыма, что тлел здесь когда;то в ночных кострах,
Тонким, едва уловимым духом ладана — будто из снов далёких,
Будто сама тишина шепчет на языке забытых чар.

Под пальцами — холод камня, шершавый, как шрамы столетий,
Узоры прожилок, что вьются, как вены в древней руке.
А ветер скользит по коже, касаясь едва;едва,
Как чьё;то дыхание, тихое, нежное, из иной эпохи.

Он приносит обрывки имён — полустёртых, как след на песке,
Обрывки признаний, что таяли в шелесте трав и дождей.
Я слышу: «Люблю…» — и эхо звенит, как серебряная струна,
И кажется, будто сквозь камень глядит на меня та, другая весна.

Там, в прошлом, кто;то так же стоял, вдыхая тот же горький воздух,
Шептал эти слова, не зная, что время их скроет под слоем песка.
Но любовь не исчезла — она растворилась в шуме прибоя,
В шорохе мха, в скрипе сухой травы, в дрожании слабого света.

Лунный луч ложится на плиты, как шёлковая нить,
Вышивает узоры из света на грубых, седых камнях.
И я чувствую, как сквозь годы ко мне тянется чья;то рука,
Не призрак, не тень — а сама верность, что старше любых империй.

Ветер сплетает эпохи в единый, незримый узор,
Смешивая мой голос с тем, что звучал здесь столетья назад.
Любовь оказалась сильнее времени — она живёт в каждом вздохе,
В каждом камне, в каждом слове, что ветер несёт наугад.

Вдали затихает шум города, растворяясь в ночной тишине,
А здесь, среди руин, время теряет свой жёсткий, холодный бег.
Я шепчу в ответ тем далёким голосам, что шепчут во мне:
«Я помню. Я слышу. Любовь не умрёт, даже если рассыплется век».

Пусть рушатся стены, пусть крошатся плиты под тяжестью лет,
Но шёпот любви не умолкнет — он будет звучать сквозь века.
Я слышу его в каждом порыве, в каждой ночной тишине,
Как обещание, данное небу, и клятву, что помнит земля.