Мечта

В летнее время года я, шестидесятилетний женатый мужчина, постоянно каждую неделю по выходным дням приезжал на электричке на свой участок огорода, отдохнуть, который находится в сорока километрах от города Новосибирска. Моей жене, оказалось, тяжело добираться до нашего садового общества на электричке и я отдыхал на огороде один. С огорода в воскресенье вечером я уставший от отдыха приходил на станцию примерно за двадцать минут до прибытия электрички в сторону города. На платформе станции огородников было мало, но всегда уже ожидал приезда электрички сосед Хвастунов с нашего садового общества.
Хвастунов, мужчина пенсионного возраста небольшого роста всегда неряшливо одетый в потрёпанный спортивный костюм, обутый в стоптанные кроссовки не бритый, и увидев меня, не спеша, шаркая своими ногами, приблизился ко мне, чтобы поболтать.
 – Если бы, не моя старуха, которая живёт на даче, то я бы не мотался бы сюда постоянно, – проинформировал меня Хвастунов и, посмотрев мне в глаза, спросил, - одолжи мне пятьдесят рублей на баночку пива. Старуха от меня все деньги спрятала. Через неделю отдам.
Все мои соседи по огороду перестали одалживать пятьдесят рублей Хвастунову на пиво потому, что он никогда ни кому деньги не возвращал, и я ответил:
 - У меня нет денег.
 – Я терпеть не могу копаться в земле, - и, увидев идущих по платформе после отдыха на своих огородах уставшей походкой пожилых женщин, согнувшись под тяжестью рюкзака на спине, Хвастунов мне сказал, – по молодости я работал механиком в военном городке. Пока военные были на сборах, на учениях, я занимался любовью с их жёнами. Многие жёны полковников и даже генералов, узнав, что я страстный любовник, пытались со мной познакомиться.
 – И много у тебя было любовниц? – поинтересовался я.
 – Много, - ответил мне Хвастунов и уточнил, – примерно двадцать женщин.
В это время к платформе подошла электричка в сторону города, и я поспешил быстро удалиться от Хвастунова, чтобы успеть залезть в вагон.
Через неделю в воскресенье вечером, возвращаясь с огорода в город, я снова встретил на платформе станции Хвастунова, который не спеша, шаркая ногами, приблизился ко мне, чтобы поболтать.
 – Я от своей старухи решил уехать в город, – проинформировал меня Хвастунов и, посмотрев мне в глаза, спросил, - одолжи мне пятьдесят рублей на баночку пива. Старуха от меня все деньги спрятала. Через неделю отдам.
Я ответил:
 - У меня нет денег.
 – Всё равно уже вместе я со своей старухой лет десять не спим, - и, увидев идущих по платформе после отдыха на своих огородах уставшей походкой пожилых женщин, согнувшись под тяжестью рюкзака на спине, Хвастунов мне сказал, – по молодости я работал механиком в военном городке. Пока военные были на сборах, на учениях, я занимался любовью с их жёнами. Многие жёны полковников и даже генералов, узнав, что я страстный любовник, пытались со мной познакомиться.
– И много у тебя было любовниц? – поинтересовался я.
 – Много, - ответил мне Хвастунов и уточнил, – примерно пятьдесят женщин.
В это время к платформе подошла электричка в сторону города, и я поспешил быстро удалиться от Хвастунова, чтобы успеть залезть в вагон.
Через неделю в воскресенье вечером, возвращаясь с огорода в город, я опять встретил на платформе станции Хвастунова, который не спеша, шаркая ногами, приблизился ко мне, чтобы поболтать.
Про себя я подумал: «Наверное, опять Хвастунов будет мне хвастаться, с каким количеством генеральских жён он в своё время переспал».
 – Я поругался со своей старухой, которая меня выгнала из дачи, – проинформировал меня Хвастунов и, посмотрев мне в глаза, сказал, – я без разрешения старухи взял из тумбочки её деньги, пятьдесят рублей и купил всего одну баночку пива.
Увидев идущих по платформе после отдыха на своих огородах уставшей походкой пожилых женщин, согнувшись под тяжестью рюкзака на спине, Хвастунов мне в третий раз промолвил, – по молодости я работал механиком в военном городке. Пока военные были на сборах, на учениях, я занимался любовью с их жёнами. Многие жёны генералов, узнав, что я страстный любовник, пытались со мной познакомиться.
 – И много у тебя было генеральских любовниц? – поинтересовался я.
 – Много, - ответил мне Хвастунов и уточнил, – примерно сто женщин.
 - Генералами становятся уже в пожилом возрасте крупные военачальники и соответственно их жёны тоже возрастные дамы. Как же ты, молодой механик, смог сто пожилых женщин удовлетворить? Может ты что-то кушал, если тебя интересовали только пожилые женщины? Разве не было в военном городке молодых дам? У нас сейчас во всей России меньше действующих генералов, чем было генералов в советское время в одном маленьком военном городке. А, если нет сто генералов, то соответственно нет и ста пожилых генеральских жён, – ответил я и поспешил быстро удалиться от Хвастунова, чтобы успеть залезть в вагон к подошедшей к платформе электричке идущей в сторону города.
На сидение в вагоне электрички, которая двигалась в сторону города, под однообразный стук колёс я задумался: «Может у Хвастунова особая болезнь «хвастовство» под старость лет появилась. А, может, скорее всего, у Хвастунова, кроме своей старухи в жизни никаких баб никогда не было, а он всю жизнь мечтал полюбить одну генеральскую жену, чтобы почувствовать себя в постели генералом. Если, постоянно на склоне лет о чём то всю жизнь мечтать, то можно наверняка самому поверить в свою мечту. Если, жена тебя любит и поддерживает, то ты для неё всегда в постели будешь генералом».