the lost lineage

мой пульс давно не знает тепла – лишь мерный стук осинового кола в грудину.
а я исчислял свои эпохи по выдохам на твоем запотевшем стекле.

если мой рассудок еще цел, то это приобретенный порок вечности:
не верить ни единому лучу солнца, но так слепо уверовать в твой смертный свет.

у меня есть склянка со святой водой и предписанный покой древнего саркофага, который я оскверняю бессонницей.

и это все, что осталось от нашей общей литургии.

от перемены мест руин мой замок тебе больше не станет домом.

что ж... я предлагаю тебе испить моей крови взамен своей души.
чтобы хоть раз увидеть, как ты спишь без снов под защитой лживых молитв, сжимая в кулаке нательный крест вместо края моего камзола.

за окнами твоей Англии – газовые фонари викторианского ада,
но там нет ни одного зеркала, способного отразить мою пустоту за твоей предательской спиной.

вместо этого мне приходится цедить до первой звезды
тридцать капель лауданума и еще двадцать – чтобы притупить голод по твоим кровавым губам.

мне казалось, если пересечь море быстрее шторма, миновав черту заката,
я смогу настигнуть хотя бы твое эхо.

когда придет Ван Хельсинг: «вы дошли до точки невозврата, граф», –
это конец паломничества.

мой последний приют разрушен.

не давая надежды, сжигая остатки лондонского тумана.
обещай мне только одно перед тем, как вбить в мое сердце кол.

испарись.
слышишь?
на третьей минуте агонии скрипки.