Ты мечтала
для начала — сражать красотой,
чтоб позднее в блистательном вальсе
популярной очнуться звездой.
Холод взгляда улыбкой дополнив,
в итальянском сниматься кино —
ну и с мэтрами ранга Висконти
пить на виллах сухое вино...
Одиссея магических цифр
уносила тебя не туда,
размывая таинственный шифр...
Эй, фанаты шансона, сюда!
Вроде всё получилось, однако
не сказать, что мечта всё ж сбылась:
и на сцене — в краю буераков,
и от сцены к машине — сквозь грязь.
Никаких тебе Каннских прогонов,
ни пурпурной дорожки, ни роз...
Петь в провинции для почтальонов —
вот печальный итог твоих грёз.
Ты, конечно, сейчас вся в медалях
и атласное платье длинно...
А когда-то, я помню, в сандалиях
мчалась ты, словно вихрь, в кино.
Помню, как унижалась, терпела,
в недрах сцены себе строя дом —
но тогда ты писала и пела
о другом, о другом, о другом...
У меня сохранилась афиша,
ты на ней, как бутон, молода —
взгляд, как будто наполненный свыше,
стан изящен, улыбка горда...
Иногда я любуюсь тобою —
той, какой ты была для меня —
полноводной, как юность, рекою,
что бурлила, искря и маня...
Позади и надежд бесконечность,
и огонь, и былые мечты...
Впереди ожидает лишь вечность —
к ней готова ли, милая, ты?
Свидетельство о публикации №126081504370