Ищу спутника жизни

«Ищу спутника жизни.
Вредные привычки: Устраиваю потопы, пожары, стихийные бедствия... курю».

Дьявол (читает объявление):

— ПОТОПЫ?! ПОЖАРЫ?! СТИХИЙНЫЕ БЕДСТВИЯ?! Девушка, вы замужем? Если нет — я развожусь с адом.

Спустя месяц.

Вельзевул (подбегает):

— Шеф, я всё проверил! Она опаснее нас! Мы просто мучаем грешников, а она делает так, что грешники сами к нам бегут, лишь бы от неё подальше. Нам пришлось открыть специальный отдел адской реабилитации.

Дьявол (смотрит на фото):

— Вельзевул, ты видишь эту женщину? Это не женщина. Это катастрофа. А давай сделаем её главным стихийным бедствием Вселенной и будем просто собирать входные билеты. Слышишь… у меня сердце бьётся впервые за миллиард лет… скажешь кому — развею!

Вельзевул (в сторону, весь ад месяц уже не спит):

— Шеф, я не посмею (показно краснеет). Вы же знаете, у нас мгновенная передача. Никто ничего не знает, но все смеются — точнее, смеялись…
После её последней партии никому не смешно. Работы прибавилось на триллион энергетических коинов, все на износе. Вы тут ей любовные признания строчите, а она, между прочим, в анкете чётко написала «ищу спутника», а не «демона с амбициями». Смотрите, какую подборку красавиц я для вас пригото… простите, Шеф, понял, подборку стёр и проглотил.

Дьявол (мечтательно пишет на спине грешника):

— Дорогая, я серьёзно. Ответь хотя бы словом. Хватит с меня этих грешников. А ты… ты непредсказуема, как сам апокалипсис. Сегодня потоп… завтра пожар, а сейчас (я всё вижууу) ты просто сидишь и куришь, а я сижу и пишу тебе: Как я раньше без тебя жил, в этом скучном аду…

Вельзевул (в сторону, о боже…):

— Шеф, она хоть на одно ваше послание ответила?

Дьявол (пуская слезу):

— Да… трижды забанила… я ей сердечки шлю… эти… эмодзи.

Вельзевул (БОЖЕ…):

— Шеф — это перебор. Вы же демон. Вас засмеют…

Дьявол:

— Молчи, Вельзевул. Любовь зла, полюбишь и… её.

На спине грешника появляется её первое сообщение:

— ;

Дьявол (стекая по трону из черепов):

— Вельзевул, я кажется… влюбился… Впервые за миллиарды лет.

Вельзевул (откровенно молясь):

— Шеф… возьмите себя в руки. Вы же Дьявол. А она… она просто женщина. Которая курит и устраивает мини-апокалипсисы по вторникам.

Дьявол:

— Она — идеальна. Сделай ей срочно предложение от меня. Мне не положено. Ты же знаешь…

Вельзевул (отправляя послание через эфир):

— Короче, девушка. Шеф просит вас стать его спутницей жизни.

На лбу Вельзевула выгравировывается тот же символ ;.

Вельзевул (судорожно пытаясь стереть):

— Адское пламя! Как она это делает!???

Дьявол (меняя экран, пишет стихи):

— Рассветное солнце отразилось слезой в твоих глазах…

Вельзевул (падая на колени, осеняет себя крестным знамением):

— Господи, спаси и защити нас…

Через неделю.

Вельзевул вбегает в тронный зал. На нём розовый свитер.

— Шеф, я не знаю, как это объяснить... но у нас свадьба. Через час. Она согласилась.

Дьявол роняет чашку с адским кофе.
— ЧТО?!

— Она сказала: Передай своему боссу — я согласна. Но при одном условии: он будет жить на моей территории. Без контрактов. Без подписей. Без пунктов 666. Просто — быть.

Дьявол встаёт. Весь ад замирает.
— Моя... территория? — шепчет он. — Какая?

Вельзевул достаёт записку, дрожит.
— Она сказала: На полу. Теперь его кресло —моё. Моё. Все моё. И он — мой. И пусть попробует сказать, что это не так.

Свадьба.

Без огня. Без серы. Без скрипок.
Только дождь. И она — сидит в его кресле. Курит. Смотрит, как он стоит на коленях.

— Ты знаешь, что я не умею любить? — говорит она. — Только уничтожать.

— Я знаю, — шепчет Дьявол. — Потому и выбрал тебя. Ты — единственная, кто может уничтожить даже ад.

Она затягивается.
— Для разбега я устрою потоп в твоём кабинете. Пожар в архиве и землетрясение в тронном зале.

— Буду сидеть в воде, — улыбается он. — И читать твои ;, как сонеты.

Она смотрит на него. Долго.
Потом гасит сигарету о его рог.

— Добро пожаловать в мою жизнь, Дьявол. Здесь нет правил. Здесь нет времени. И ты… я ещё не придумала.

Вельзевул в углу, в розовом свитере, набирает в экран: «АД РАЗРУШЕН. НЕ ПЫТАЙТЕСЬ ВОССТАНОВИТЬ. НАМ КОНЕЦ. ПРИЧИНА — ЛЮБОВЬ».

А она улыбается.

И — пишет новое объявление:

Вышла замуж за Дьявола. Умею разводить Вселенные. По запросу и без. Курю.

В тронном зале, который теперь больше походил на филиал «Икеи» с затопленным полом и обгоревшими шторами, Дьявол сидел в белой рубашке (естественно, запасной) и читал её новое объявление на огромном экране из адской плазмы.

Вельзевул в розовом свитере (он уже смирился) стоял рядом с блокнотом.

— Шеф, — прошептал он, — она выложила это в открытый доступ. Весь рай уже лайкает. Архангелы делают репосты с подписью «Ну наконец-то».

Дьявол улыбнулся так, что в аду потеплело на пару градусов:

— Вельзевул, ты видишь этот смайлик в конце «;»? Это не оскорбление. Это её подпись. Я прикажу выковать её из золота и повесить над входом.

— Шеф, но это же...

— Это знак того, что меня выбрали. Выбрала та, перед которой трепещут элементы. Я теперь не просто Дьявол. Я — «Тот, кого не затопило».

Он встал, поправил манжеты и направился к выходу из тронного зала, но на пороге остановился.

— Вельзевул.

— Да, Шеф?

— Она сказала: «Добро пожаловать в мою жизнь. Здесь нет правил». А знаешь, что я понял?

— Что?

— Что я искал свободу миллиарды лет. А нашёл её в объявлении с опечатками и сигаретным пеплом.

Дьявол вышел.

Он шёл по коридору ада, мимо грешников, которые теперь не мучились, а сидели в реабилитационных группах и обсуждали её методики управления хаосом. Мимо бесов, которые перекрашивали рога в белый цвет. Мимо потопа в кабинете, через который он переступал с лёгкостью.

Он вышел на поверхность. В её город.

Лило. Как всегда, когда она в настроении.

Она стояла на балконе, курила и смотрела на него сверху вниз.

— Пришёл? — спросила она.

— Ты же знала, — ответил он. — Я всегда приду. Даже если ты устроишь конец света.

— Я уже устроила, — усмехнулась она. — Добро пожаловать в мой ад. Теперь он — твой. Только не вздумай командовать.

Он поднялся к ней, не обращая внимания на лужи.

— Я не буду командовать. Я буду сидеть рядом. И наблюдать, как ты перекраиваешь вселенную. И иногда — подавать тебе новые сигареты и белые рубашки.

Она затянулась, выпустила дым ему в лицо:

— А если я устрою потоп в спальне?

— Я куплю лодку. Белую.

— А если я сожгу твои контракты?

— Я запомню их наизусть. И перепишу на салфетках.

Она замолчала. Потом улыбнулась — первый раз без иронии, без сарказма, просто так.

— Знаешь, а ты не так плох. Для падшего или упавшего. Черт тебя разбери.

Он взял её руку, ту, что с сигаретой.

И они стояли на балконе, под дождём, который она и вызвала. А внизу, в аду, Вельзевул разбирал почту и читал письмо от Рая: «Мы признаём вашу территорию. Но просим вас: пусть она хотя бы изредка объявляет выходные. Мы задолбались успокаивать архистратигов, которые теперь пишут стихи про потопы».

А она шепнула ему на ухо:

— Я ещё не решила, что делать с воскресеньем. Может, отменим?

— Я поддержу, — ответил Дьявол. — Я всегда поддержу. Даже если ты отменишь всё, кроме нас.

Она стряхнула пепел в вечность:

— Тогда иди за новой пачкой. И купи мне ещё одну рубашку. Розовую, нет синюю, нет лучше ничего не покупай, кроме сигарет, экономить будем.
— Зачем?
— Для ясности. Неба…

И они пошли. В никуда.

А в небе над ними Меркурий вышел из себя ровно на мгновение, чтобы улыбнуться и снова уйти в тень.

Потому что даже звёздам иногда нужен перерыв от людских трагедий.

Они шли в город, где чеки выдают с опозданием на жизнь, а перфораторы лежат в ящике «на всякий случай». Дождь кончился ровно в тот миг, когда она докурила. Дьявол остановился, посмотрел на неё и спросил:

— А теперь куда?

Она задумалась. Почесала переносицу. Выдохнула дым в сторону заката, который давно перестал понимать, что происходит.

— Я не знаю, — призналась она. — Раньше я…. ну, ты знаешь, а тут — тишина. И ты. Я даже растерялась…

Он улыбнулся, взял её за руку и повёл к скамейке. Они сели. Мокрые. Уставшие. Счастливые.

— Давай устроим хаос, — предложил он.

— Какой? — оживилась она.

— Самый страшный — Порядок.

Она расхохоталась…

— Ты серьёзно? — спросила она.

— Серьёзно? — он взял её лицо в свои ладони. — Серьёзно — это про то, что я просто хочу быть рядом. Я пришёл не для того, чтобы ты перестала кричать хаосом, а чтобы ты могла кричать тихо.

Она замолчала на целую минуту впервые за целую жизнь. Это был предел ее возможности.
— Знаешь, — наконец сказала она, — я никогда не думала, что хаос — это голос. Я думала — это я, вот такая и… меня никто не выдержит.

— Я выдержал ад, — улыбнулся он. — А ты… ты — это утро после апокалипсиса. Ты — та, кто может разрушить всё — и построить заново.

Она прижалась к его плечу. Сигарета погасла в луже.

— Я хочу купить хлеб, — вдруг сказала она.

— Тогда идём, — сказал он, вставая.

Они вошли в магазин. Тот самый. С пустыми чеками.

Кассир — старый знакомый — поднял бровь.

— Опять вы? — спросил он.

— Сегодня без перфораторов, — сказала она. — Просто хлеб и сигареты.

Кассир улыбнулся, пробил товар, протянул чек.

На нём было написано:

«Бесплатно. Оплачено заранее»

Она посмотрела на кассира, потом на Дьявола.

— Ты платил?

— Нет, — ответил он. — Вселенная всегда так отвечает, когда находят.

Они вышли на улицу с одним чеком на двоих.

А в магазине, кассир смотрел им вслед и думал:

— Странные люди — ходят без списка, без плана, без страха и даже без перфоратора.

Он вздохнул, закрыл магазин, и написал на двери:

«Закрыто до поры, пока кому-нибудь не понадобится дыра в будущем».

Шёл дождь. Снова.

Но он был тёплым.

«пусть будет счастливое начало, просто потому, что не люблю слово — конец».