А я не знаю, что сказать...

А я не знаю, что сказать.
Соврать? Что мы им всё прощаем?
Но что с того, что будем врать?
Мы ничего не забываем.
Тот, кто в аду том побывал,
И тот, кто близких потерял...
Они забудут то, что было?
Как мать над сыном голосила...

А те, кто в поисках воды
Под взрывы мин и вой снарядов,
Сквозь дым сгоревшие сады
Прошли, не отводя и взглядов.
И как забыть нам смерти вой,
Руины, тёмные подвалы,
И детский плач: «Хочу домой!» —
А что ответить, мы не знали.

Как позабыть глаза детей,
Смотрящих с голодом на хлеб?
Лежащих у дорог людей
И скорбный крик над ними: «Нет!»
Нам не забыть тот дикий смех
Тех, кто над нами издевались.
Пусть Бог простит нам этот грех —
Мы не простим. Мы не из стали.

Живёт в нас память горьким эхом,
Её не смыть и не унять.
За каждым горем, каждым смехом
Нам суждено её хранить.
Мы будем помнить всё, как было,
Пока сердца в груди стучат,
Чтоб эта боль не остывала
В глазах детей и у солдат.

Мы не из стали, мы живые...
И помнить будем до конца.