Вода течёт и ветер дует,
И солнце греет иногда.
С тобой прощальным поцелуем
Мы расстаемся навсегда.
Рябина в августе краснеет,
Вот-вот потянутся дожди.
И никогда я не сумею
Сказать тебе: «Не уходи!»
Луна, как прежде, в небе светит,
«Ничто не вечно под луной».
И время никого не лечит.
Любовь оборванной струной
Висит на грифе мирозданья.
Моя гитара не звенит.
В душе погасли ожиданья
И сердце стало как гранит.
Вода течёт и ветер дует...
© Copyright: Александр Константинов-Март, 2026
Свидетельство о публикации №126081405962
Свидетельство о публикации №126081405962
Рецензии
Красивые строки.Здесь прощание и необратимость разлуки, переживание утраты любви. Конфликт строится на столкновении личного чувства и равнодушного хода времени: «И время никого не лечит». Эта формулировка прямо спорит с привычной утешительной формулой о времени как лекаре и тем самым усиливает трагизм.
В русской поэзии мотив расставания — один из ключевых. У Пушкина расставание нередко окрашено благородной печалью и внутренней гармонией («Я вас любил…»): чувство сохраняется, но лирический субъект отпускает. У Лермонтова прощание чаще исполнено горечи, одиночества и внутреннего надлома («Нет, не тебя так пылко я люблю…»). В этом стихотворении ближе именно лермонтовская интонация: здесь нет примирения, есть ощущение окончательности («Мы расстаёмся навсегда») и внутренней окаменелости («сердце стало как гранит»). Произведение написано в русле классической русской лирической традиции, прежде всего элегической. Оно опирается на устойчивые мотивы русской поэзии: прощание, бренность, одиночество, связь человека и природы, музыкальные образы как знаки внутреннего состояния. При этом текст сохраняет самостоятельность: образ «любви на грифе мирозданья» оригинален и придаёт стихотворению современный оттенок, соединяя личное чувство с космическим масштабом. Интонация произведения ближе к Лермонтову и Тютчеву — это не светлая грусть, а горькое осознание необратимости и внутренней пустоты, которая не заполняется временем.
Людмила Шерина-Зацарная 16.08.2026 08:25 • Заявить о нарушении
В русской поэзии мотив расставания — один из ключевых. У Пушкина расставание нередко окрашено благородной печалью и внутренней гармонией («Я вас любил…»): чувство сохраняется, но лирический субъект отпускает. У Лермонтова прощание чаще исполнено горечи, одиночества и внутреннего надлома («Нет, не тебя так пылко я люблю…»). В этом стихотворении ближе именно лермонтовская интонация: здесь нет примирения, есть ощущение окончательности («Мы расстаёмся навсегда») и внутренней окаменелости («сердце стало как гранит»). Произведение написано в русле классической русской лирической традиции, прежде всего элегической. Оно опирается на устойчивые мотивы русской поэзии: прощание, бренность, одиночество, связь человека и природы, музыкальные образы как знаки внутреннего состояния. При этом текст сохраняет самостоятельность: образ «любви на грифе мирозданья» оригинален и придаёт стихотворению современный оттенок, соединяя личное чувство с космическим масштабом. Интонация произведения ближе к Лермонтову и Тютчеву — это не светлая грусть, а горькое осознание необратимости и внутренней пустоты, которая не заполняется временем.
Людмила Шерина-Зацарная 16.08.2026 08:25 • Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.