БАР КОФЕиДЫМ обновление

   Изнанка.

Наверное, в каждом провинциальном городке есть такие улицы. Они неторопливо стелются через город и заканчиваются так же неожиданно, как начинаются — прямо посреди квартала. Могучие дубы и липы прячут эту улочку в тени от зноя, а когда начинается дождь — укрывают людей под своими раскидистыми ветвями.

Как раз на одной из таких улиц и находится «Кофе и Дым». Кофейня расположилась на первом этаже старинного здания.
— Это один из тех домов, что появились, когда город только начинал строиться. Его несколько раз уничтожал огонь, разрушал до основания, но дом жив до сих пор. В таком виде он стоит уже более ста лет.
Эрика отключила микрофон:
— Друзья, у вас есть 15 минут, можете погулять и пофотографироваться. Через 15 минут жду всех возле кофейни «Кофе и Дым». Пожалуйста, не опаздывайте!
Девушка присела за один из столиков, стоявших перед входом, заказала фраппе с апельсиновым соком и снова залюбовалась видом улицы. Эрика десятки раз бывала здесь, её маршруты по городу практически все заканчивались на этой улице — что-то тянуло её к этому месту.

Скромная вывеска над входом гласила:
«Кофе и Дым».
Днём здесь пахло свежесваренным кофе и сдобой. Ночью же здесь пахло страхом, и двери открывались не в приветливый холл кофейни, а в иной мир, наполненный духами и душами, населяющими параллельную реальность. Поэтому и название — «Кофе и Дым». Днём — кофе, ночью — дым забвения. Но это, конечно, городская легенда или такой рекламный ход. Правда, кофе здесь отменный — такой больше не готовили нигде.

Бармен стоял за стойкой и смотрел в зал. Работа ему нравилась. Тем более в таком легендарном месте. Это же мечта, а не работа! Он хорошо изучил этот бар до мелочей: деревянные стены тёплого оттенка, высокие шкафы со стеклянными дверцами, мягкий свет бра и подвесных ламп с матовыми абажурами.

И посетители. Всегда кто-то был.
Но сегодня всё было как-то иначе.

За стойкой, напротив него, сидел Хранитель.
Что он хранил, почему — бармен спрашивать не стал. Он никогда не был любопытным и, стоя за баром, научился не задавать лишних вопросов.
Хранителем звали мужчину средних лет с короткой стрижкой и аккуратной бородой. Белая рубашка, тёмный жилет. Перед ним — два стакана. В одном — чай со льдом. Второй — абсолютно пустой.
Он не пил. Просто держал стакан в руке и ждал чего-то.

— Сегодня будет интересный гость, — сказал он негромко.

Бармен поднял голову.
— Какая-нибудь знаменитость?
— Увидим.

Бармен взял шейкер и долго тёр его. Не то чтобы посуде это было необходимо — просто не знал, как начать разговор.
Наконец решившись, не поворачивая головы, спросил:
— Скажите, а что происходит? Люди заходят сюда, но пока ни один не вышел. Здесь народу уже должно быть битком, а места свободные.

— А я уже начал думать, что ты не спросишь. Хорошо, что сам начал — легче будет принять правду. Правда, знаешь ли, часто делает больно. Скажи, когда будешь готов.

Бармен нахмурился. Он поставил шейкер на место и принялся протирать идеально чистую стойку.
— Я готов, — сказал он, не поднимая глаз. — Чего бы это ни стоило.

Он отложил тряпку и посмотрел Хранителю прямо в глаза.
— Я действительно рад, что ты сам спросил, от этого многое зависит. Скажи, бармен, кроме работы у тебя есть увлечения? Когда ты в последний раз был дома?

Бармен задумался.
— Каждый день… после смены иду домой, — неуверенно начал он.
— А во сколько?
Бармен посмотрел на часы.
— Я не...

Висевшие над входной дверью часы словно сошли с ума — стрелки вращались без остановок, причём в разные стороны. Он медленно опустился в кресло.
— Да ну нафиг… — прошептал он.

Сломанные часы — ещё полбеды. Ему никак не удавалось вспомнить ни одной детали за пределами бара. Хоть тресни — ничего. Как будто туман или дым накрыл все воспоминания о прошлом. Почти все. Какие-то отрывки остались.

Вот он на своём байке летит по городу, нарушая все правила дорожного движения, торопится на собеседование, чтобы получить это место. Сердце выпрыгивало из груди, а в голове билась одна мысль: только бы успеть! И он бы успел. Если бы не смутная тень, накрывшая с головой, когда он был уже почти на месте. А затем — вспышка слепящего света.

— Всё правильно, — сказал мужчина, приложившись к чаю со льдом. — Твой мозг блокирует воспоминания. Осталось самое запоминающееся. Ты никогда не уходил домой, потому что бар никогда не закрывается. Этот день для тебя закончится ох как не скоро. Здесь время течёт по-другому. Ты бармен в заведении на обратной стороне. На изнанке мира. У этого места нет координат, часы здесь не показывают время, а единственное средство связи — телефон-автомат. Блоковая теория времени. Что-нибудь слышал об этом?
Бармен, не мигая, смотрел на Хранителя.
— Ну, пожалуй, хватит на первый раз.
— Так… я что, умер?
— Нет такого понятия. Это процесс перехода. Трансформация.
— Понятно… Понятно... Только непонятно совсем. А как я…
— Слышишь? Кто-то идёт.

Бармен повернул голову.
Дверь начала бесшумно открываться.
В бар вошёл мужчина в военной форме американской армии времён Второй мировой. Он сверкнул стёклами очков, широко улыбнулся.
— Добрый вечер. Замёрз до костей. Приятель, двойной «Джек Дэниэлс»!
— Здравствуй, Гленн.