Охота на кабана

«Кхрысть!» – ветка с треском разломилась
Под грубым грязным сапогом.
Кабан, мгновенно ощетинясь,
Взглянул с опаскою кругом.
Оставив ворох дикой груши,
Он замер. Выждал. Тишина.
Он навострил сердито уши,
Вся суть его напряжена.

Вдали кукушка закричала:
«Ку-ку, ку-ку». Упал каштан.
У ели ветки зашуршали.
Сильней взъерошился кабан.
Назад одну отставив ногу,
Склонившись мордою к земле,
Он вперил взгляд на ту дорогу,
Где что-то двигалось во мгле.

Он ощущал, как что-то кралось
В колючих ягодных кустах.
В глазах его читалась ярость,
Слюна блестела на клыках,
Зловещий рык рождался в горле,
Копыта рыли рыхлый слой
Земли и листьев полумертвых.
И надвигался страшный бой.

Копье пронзительно, со свистом,
Влетело прямо в жирный бок
И в нем мучительно повисло.
Один стремительный скачок –
И вепрь взвыл, упав на бревна,
К земле прижатый сапогом.
Глаза, налившиеся кровью,
Сверкнули праведным огнем.

Охотник, зверя оседлавший,
Давил всем весом на копье,
Его заталкивая дальше
Большим железным острием.
Кабан, свои собравши силы,
Копытом дал врагу в живот,
С себя его жестоко скинул,
Да так, что в грязь свалился тот.

Итак, теперь кабан был сверху.
Давя противника собой,
Он не оставил ни прорехи
Меж человеком и землей.
Вцепившись в руку, что пыталась
Его сдержать и не могла,
Кабан, теперь не знавший жалость,
Вгрызался с точностью орла.

Залитый собственною кровью,
Противник бился и дрожал
Под ставшим бешеным напором.
Как вдруг завиделся кинжал:
Рукой, свободною от вепря,
Охотник из последних сил
Поднял оружие и крепко
Поддых животному вонзил.

Раздался визг. Потом хрипенье.
Затем дыханье прервалось.
Из пасти выступила пена,
Глаза закрылись, полны слез.
Восторг наполнил человека
При виде мертвого врага.
Какая сладостная нега!
И как победа дорога!

В его шальном воображеньи
Уж мнилась радость торжества:
Он видел дом, а в нем, над дверью,
Была кабанья голова;
К столу носили эскалопы,
Грудинку в супе наварном
И ребра в сахарном сиропе
Со старым ягодным вином.

Но челюсть хищника сомкнулась
В последний раз, зажав в клыках
Того, кто все еще был узник, –
И кровь застыла в их сердцах.
В сердцах обоих. Смерть настала.
Глаза закрылись их на век.
В лесу покойные лежали
Враги: кабан и человек.