Николаю Гумилёву

Пускай пройдёт ещё сто сорок лет,
Но сохранится память о погибших всех безвинно,
И будет жить в сердцах Мечтатель и Поэт,
Отважный Воин, но с душою лебединой.
   
То было чудо, как нашла Вас, Николай,
И в ранней юности в мир необманный окунулась:
Портрет увидев, поняла — Вас помню, знаю я!
Стихи читая — на свою звезду опять вернулась.

В подлунном мире Вы не встретили меня,
Но там, где звёзды - словно россыпь виноградин,
Я бы спасла Вас, вынесла из-под огня,
Для этого летать учиться  мне совсем не надо.

Вы помните любимейший Ваш сон
Про девушку с газельими глазами?
Чтобы простили мне то колдовство,
Молилась я тогда пред образами...

Но не смогла отдать омут озёр,
Озёр подземных Ваших глаз, никем не понятых:
Ни юным девам, не сводящим с Вас свой взор,
Ни даже ей, держащнй в руках молнии.

Искали Вы средь них себе под стать,
Которая поймёт  безумного охотника,
Чтоб вместе прямо в солнце стрелы запускать,
Чтоб счастье пьяное сверкало ветром солнечным.

Но не было такой. И только сон
Про девушку с газельими глазами
Глубинный свет рождал тех глаз-озёр,
Озёр подземных, что в пещерах ждут цунами.

Вы знайте — смерти нет! Мелодия звучит.
Уже воскресли в душах рифмы солнечного Рая,
Сверкает и звенит торжественный эфир,
И ночи тень пред солнцем отступает.

Пускай пройдёт ещё сто сорок лет,
Но сохранится память о погибших всех безвинно.
И будет жить в сердцах Мечтатель и Поэт,
Отважный Воин, но с душою лебединой.