Рассказ моего друга

В тот день мой друг проснулся раньше всех,
Почистил когти, зубы, вымыл мех,
И сделал эксцентричную укладку,
Из-за которой пара его верхних век,
Достала до ушей и стала гладкой.

С него текла глубоководная струя,
Он мне рассказывал, ручейника жуя,
Про необычное, во что я мало верил: 
Он говорил, что ночью у ручья,
Столкнулся с кем-то, кто, быть может, не был зверем.

И в то же время, заверял, скуля как волк,
Прекрасней существа он знать не мог:
Оно чудесное, как зимостойкий водоём,
Его глаза мягки, как потолок,
Но друг боится оставаться с ним вдвоём.

Он говорил: у существа есть два хвоста,
Четыре глаза, восемь лап шуршат в кустах,
Предполагает, у него есть крылья-дуги,
А дело в том - развеял друг мой страх,
Что голова его пошла невольно кругом.

Я молча, чайнику искал огонь,
Металл скользил, и на пол падал он,
Как будто мы не заслужили теплоты.
Мой друг бесплодно обжигал ладонь,
Крича на чайник: "Тише! Тише ты!"

И продолжал свой странный разговор:
"То необычное - она, я помню пол".
Кивал, по полу тряпкой проводя.
Он опускался плавно на ковёр,
Шептал: она как капелька дождя...

И так он это делал, что хвостом,
Переворачивал мой стол и стул притом,
Обратно не поставив их, однако.
Просил его: "Не разрушай мой дом!"
Но друг не слышал. Мне пришлось затеять драку.

Мы дрались, как заклятые враги,
Так точно у нас выросли клыки.
Укладка друга растрепалась, и усы
Чуть не сломались пополам о кулаки.
О ночи сообщили нам часы.

Мы вышли, лапу сунул я в карман.
Хвост друга видел -  разлохмачен он и рван,
И шёл за ним, мы шли на встречу с "ней",
Переживал мой друг, что ненадёжен план.
Она среди береговых камней.

Три выхухоли – я, друг и она.
На её шёрстку тихо прилегла луна,
На мех, такой же, как и наш - в момент до боя,
Нос как у друга, а глаза как у меня,
А уши маленькие - как у нас обоих.

Она казалась мне владычицей плотин,
Вокруг неё - спокойствие пути,
Как тихий день, спасающий от тьмы.
И я никак не смог произнести,
Что существо она такое же, как мы.