Господин из князей

Жил напротив меня господин
Не с детьми, ни с женой, один
Ни родителей с ним ни друзей
Из старинных он, из князей.

В волосах он блох не гонял
Хоть не мылся, но не вонял.
В шёлковом рубище дыры зашил
Модным выглядеть  не спешил

Не хотел говорить, не орал,
Дверь щеколдою запирал.
В окна шторами свет не пускал
Гребнем бороду не чесал.

Не желал он вставать , сидел
Он от старости поседел.
Он так жил, но он не страдал
Камни почками  собирал.

Никуда не спешил,  давно,
Не страдал, наступив в говно.
Стригся древними но;жницами,
Не избалован художницами.
 
Завороженно, в небо ночами,
Говорил по весне с грачами,
Слабым светом ночник горел,
Он вдоль улицы редко смотрел.

Кто- то думал что он отдыхал,
Но он медленно подыхал.
Вряд ли он перешел дорогу
Завистнику, начальнику, Богу.

Книг и  новости  не читал
Женщин он  хотел, но не звал,
Пропустил "перестройку" и БАМ,
Крепок телом, не по годам.

Он не чистил мельхиора ножи,
Кофе пил, но  не ворожил,
Не вытаскивал ключ из скважин,
Он не трус, но и не был отважным.

Его ящик  исполонен газет,
Ему чу;жды пустые  Советы.
И затвора не скрипнут пружины,
Он не ждет давно буржуинов.

Он не будет вновь голосовать,
На врагов ему в общем плевать
Он, поеживаясь, соображал :
Зря  меньшевиков обижал?

Зимой сжег   надувное полено
И бревно , ненужное Ленину,
Пулю с ядом, и он не сберёг Царский перстень, как  оберёг.

Он не знал, что сровняли  овраги,
Где схоронены древние стяги,
Что отлиты вновь
колокола,
Что распяты хула и орда.

Мысли он  упрятал в кирпич,
Молотком по пальцу - не хнычет,
Газ ему отключили  подонки,
Воду носит ведром из колонки.

Кошка черная смотрит  в окошко,
Ставит некто грибы в  лукошке,
А молочник - масло, сметанку,
Приютил он орла, подранка.

Нет знакомых, давно все ушли,
Кто болел, кто убит, алкаши..
Он с портретов забыл имена
Но он помнит , чья это вина...
(Я убил его, он Сатана?)