Дым стоял на кухне коромыслом
Яд от одиночества и моли.
Я, блуждая в лабиринтах смыслов,
С Богом говорил, как сам с собою…
На столе горели молча свечи.
И портвейн стоял, что цвета крови.
Бог мне, если честно, не перечил
И не хмурил нарочито брови.
С ним чертовски было интересно,
Прошлых лет распутывая нити,
Говорить, как, умерев, воскреснуть,
Заглянув за горизонт событий.
И какое Он любил искусство,
Бил ли в гневе иногда посуду?
Почему поцеловать Иисуса
Попросил Он верного Иуду?
Кем на самом деле был Предтеча?
Почему помог с ковчегом Ною?
Бог мне руки положил на плечи:
«Зри — шепнул, — без предисловий в корень…»
Своим мыслям не давая спуска,
Я цедил портвейн в пространстве гулком.
Засыхала на столе закуска,
В пепельнице корчились окурки...
Свидетельство о публикации №126081202398