Я выхожу из февраля

Город пил из талых луж холодный небосвод,
Время шло, не прибавляя блюзу нот.
Я шагал, как тень, не ведая, зачем
Свет разменивал на горсть привычных схем.

Дождь толкнул меня в проулок, невзначай,
Где фонарь качал непрожитый февраль.
Он  меня привёл в забытый старый дом, 
Где скрипела дверь, сонатой о былом. 

И переступив порог вдруг стихли этажи,
Будто дом оберегал чужие миражи.
На дверях — нет номеров, за ними эхо той весны,
Дни, которым не хватило тишины.

Я САМ открою эту дверь,
Не завтра, не потом — теперь.
Пусть поезд скрылся за дождём,
Я не останусь в доме том.
Я не прошу судьбу: «Спаси»,
Мне хватит голоса в груди.
Я САМ открою эту дверь,
Не завтра, не потом — теперь.

За одной — мои афиши, яркие огни,
Полный зал кричал, но не было любви.
За другой — её ладони и камин там был,
Только в том тепле я медленно остыл.

За третьей — поезд уходил в чужой рассвет,
Тысячи путей и чей то  зримый след
Но на каждой из несбывшихся дорог
Кто-то самый главный так и не помог.

Я выхожу из февраля,
Где жил, себя не выбирая.
Пускай за мной уснёт тот дом,
Я не останусь больше в нём.
И если путь уводит в ночь,
Я всё равно шагаю прочь.
Я выхожу из февраля [brake: 4 bars]
ЖИВЫМ. И это всё не зря.

Я закрыл утихший скрип чужих дверей,
Словно книгу недописанных ролей.
За окном уже не дождь — живая медь,
Будто небо вдруг взялось меня жалеть.

Я унёс не чемодан былых побед,
А забытый вкус полночных сигарет,
Старый смех, ночной перрон, гитарный звон,
То, что в памяти звучит как камертон.

И когда меня окликнула печаль
Я впервые не ответил ей. не жаль...
Просто вышел — и февраль растаял вдруг,
Словно время разомкнуло вечный круг.

 Я выхожу из февраля,
Где жил, себя не выбирая.
Пускай за мной уснёт тот дом,
Я не останусь больше в нём.