Три части целого

|
Ну вот и вторник. Всё. Настало время.
Ты ждал, что я продолжу эту нить?
Но эти прятки — такое зрелище,
Которое устала я терпеть.

Твой вечный страх и прятки ради «безопасности»
Наглядно показал, кто ты такой.
Ментально до мужчины ты не вырос,
Хоть притворялся им передо мной.

Да, простыни горели, было жарко,
Но на постели ценность и прошла.
Твоё привычное «я напишу сам» отменяется,
Моя броня железом обросла.

Не утруждайся, будь свободен,солнышко
И возвращайся в свой привычный быт.
Нажата кнопка. Перекрыты входы все
Спасла себя. И чат теперь закрыт.

||
Прошла неделя. Стихла буря гнева.
И я смотрю назад сквозь призму дней.
Наотмашь била. Словно вправо-влево,
И оттого на сердце чуть грустней.

Я не хотела уколоть, поверь,
Я не со зла писала тот вердикт.
То было манифестом протрезвления,
Когда внутри от боли всё горит.

Да, нанесла удар я резким словом,
Зато смогла вернуть себе контроль.
Хирургия спасения простого —
Разрезать ткань, чтоб выпустить всю боль.

Ты не стеснялся. Прятался трусливо.
Я поняла: исход один- финал
Мой выстрел словом был единственным и верным,
Иначе б этот рай меня сломал

|||

Ты думал, я заложник ожиданий?
Сижу у окон, не смыкая глаз?
Нет-твой побег и страх разоблачений —
Смешной, унылый, предсказуемый фарс.

В постели бог, в реальности — мальчишка,
Что после близости бежит скорей в приват
Твоя цена — грош, для меня ты вспышка,
Угасшая лишь пять минут назад.

Твое «я напишу сам» отменяется
Не утруждайся больше мне писать.
Забавно видеть, как ведомый трусостью,
Ты продолжаешь от себя бежать.

Так ты свободен! Слышишь? Абсолютно!
Живи, как жил, в придуманом раю
Твой вторник кончился глухим щелчком, как выстрел
Прощай, друг мой. Я больше не могу.