Абсурдный фатализм капитана Канта

Вещь в себе упала за борт! Бултых!
Мой штурман ослеп, а боцман пугающе тих.
Я грязным ногтем вывожу на карте чистый разум,
А матросня блюёт на палубу вся разом!
Жуём сухие галеты, запиваем пустотой,
Я философствую с гниющею доской!


Фатум! Фатум! Абсурдный фатализм!
В иллюминаторе — сырой солипсизм!

Припев
Звёздное небо внутри пустой башки!
Моральный закон разорван на клочки!
Мы тонем по правилам, мы просто дураки,
Кричи «Полундра!» в уши бешеной тоски!
Ко дну идёт мой философский флот,
Я Кант! Я капитан! И мне зашили рот!


Трюм протекает логикой чужих идей,
Крысы спасаются от критики моих снастей.
Среди суровых, окончательных людей
Я созерцаю смерть физических страстей.
Смотри в бинокль! Там ноумен торчит!
Компас разбит, и судовой колокол молчит!
Мой киль трещит, но это лишь деталь,
Мы по расписанию уходим в вертикаль!


Фатум! Фатум! Абсурдный фатализм!
В иллюминаторе — морской идиотизм!

Припев
Звёздное небо внутри пустой башки!
Моральный закон разорван на клочки!
Мы тонем по правилам, мы просто дураки,
Кричи «Полундра!» в уши бешеной тоски!
Ко дну идёт мой философский флот,
Я Кант! Я капитан! И мне зашили рот!




Если мы утонем... это было задано априори.
Я вывел формулу для этого нелепого моря...
Вода заливает топки. Вода гасит старую печь.
Мне нужно произнести... финальную... речь.
Но слов нет! Есть только бульки и вой!
Категорический императив уходит под воду со мной!

Припев
Звёздное небо внутри пустой башки!
Моральный закон разорван на клочки!
Мы тонем по правилам, мы просто дураки,
Кричи «Полундра!» в уши бешеной тоски!
Ко дну идёт мой философский флот,
Я Кант! Я капитан! И мне зашили рот!


Буль-буль... Субъективность...
Буль-буль... Объективность...
Всё. Приплыли.