Когда в руках бумага о свободе

Когда в руках бумага о свободе,
И кажется: «Теперь я оживу»,
Душа летит, как птица, на восходе,
Но жизнь кладёт ладонь на тетиву.
 
Сначала воздух сладкий, как награда,
И месяц-два — почти небесный свет,
Но вслед приходит тихая прохлада,
Где сказок нет, а есть простой бюджет.
 
Детей обнять, работать до упада,
Успеть быть сильной, доброй и живой,
И вроде бы держаться очень надо,
Но вечер давит мёртвой тишиной.
 
А алименты — капля в океане,
И государство часто далеко,
И боль растёт не сразу, а с годами,
Когда одной всё вынести дано.
 
Потом подруги плачут тем же словом,
У каждой дом трещит по швам опять,
И сердце, обожжённое сурово,
Начнёт чужое счастье примерять.
 
Вот снова встретился мужчина, 
Со своим грузом, страхом и бедой,
И ты решишь: «Вот новая вершина»,
Но он пришёл не строить — на постой.
 
Пройдёт пора надежд и ожиданий,
И станет ясно в сумраке ночей:
На фоне детских страхов и страданий
Живёт чужой, не ставший им родней.

А дети смотрят молча, без ответа,
Им не понять, за что такой урок,
Зачем разбилось прежнее их лето,
И почему родной ушёл порог.
 
И вот корыто треснуло у двери,
И рядом тот, кто сердцу не родня,
А бывший, пережив свои потери,
Встаёт сильней от прожитого дня.
 
Не каждый брак спасать любой ценою,
Но прежде чем поставить жирный крест,
Подумай честно, тихо, головою:
Что будет дальше — завтра, через шесть.
 
Свобода — не бумага и не дата,
Не громкий шаг, не гордый разворот,
А жизнь, где за решением когда-то
Всегда идут последствия вперёд.

© Станислав Синичкин