Сороковой километр

Нам приказ: зайти в тылы,
Обойти озёра и холмы.
Двадцать парней, двадцать лыж,
Вместо карты — только тишь.
Снег до пояса, мороз под сорок,
Ветер режет, как штыки.
Никто не знал, что этот город
Станет точкой у реки.
На сороковом километре,
Где сосны встретились с землёй,
Мы поняли: обратной дороги
Не будет. Только снег и бой.
Мы шли на звук чужого леса,
Мы шли на запах чужой тьмы,
Но нас сожрала эта повесть,
Без победы, без зимы.
Финский лес — как лабиринт,
Каждый выстрел — как магнит.
Мы ушли в разведку на рассвете,
А вернулись только тени.
Кто-то падал в снег с разрывом,
Кто-то замерзал во рву,
Мы искали эту правду с надрывом,
А нашли лишь пустоту.
Восемнадцать молодых парней,
Семь из Вятки, пять из Твери,
Трое с Волги, трое — чьи-то,
Мы уже не разобрали.
Командир шептал: «Держись,
Нас услышат, нас найдут».
Но сугробы взяли жизнь,
И замёрз последний маршрут.
На сороковом километре,
Где теперь стоит музей,
Памятник стоит из веток
Для ушедших людей.
Только лыжник на граните
Всё глядит в холодный край.
И не скажет, не примет
Никто правду — выбирай.
Ни побед, ни поражений,
Только снег, гранит и тени.
Мы ушли — не ждите нас,
Не ищите в этот час.
На сороковом километре —
Вечный тихий час.