За границей названий

В старом порту, где ржавеют названия судов,
ветер листает пространство, как книгу долгов.

Чайки кричат не о рыбе, не о шторме морском —
будто пытаются вспомнить язык, на котором
кто-то когда-то придумал песок и гранит,
свет маяка и привычку души уходить.

Я просыпаюсь и вижу: предметы стоят по местам.
Стул возле стены. На окне засыхает герань.
Только внутри не хватает чего-то ещё,
словно из мира бесшумно изъяли плечо.

Будто бы вынули нерв, на котором держалась гроза,
или забыли дорисовать небеса.

И потому так легко различить в тишине,
как океан подступает к невидимым мне
берегам, где кончаются смысл и язык,
где начинается то, к чему я не привык.

Там, за границей названий, за солью и мглой,
что-то огромное дышит само собой.

Я не хочу ни спасения, ни похвалы.
Я бы хотел оказаться прозрачней скалы.

Чтобы остались лишь ветер, прибой и вдали —
те берега, до которых я не доплыл.