Друзья

В Бийске, где Бия целует склоны,
Где над старым городом туман,
По маршрутам ходят перезвоны,
Разгоняя утренний обман.

За рулем — водитель наша Даша,
А в салоне — кондуктор верный друг.
Нет маршрута бийского краше,
Если 231-й вышел вдруг.

Двести тридцать первый — не машина,
Для нее он — преданный металл.
Любит так отчаянно и сильно,
Чтоб мотор ни разу не устал.

Каждый шов на кресле ей знакомо,
Скрип дверей понятен без труда.
Словно капитану из парома,
Ей штурвал дороже, чем звезда.

Поворот направо у вокзала,
Тормоза чуть слышный теплый свист…
Даше этой жизни было мало,
Если руль трамвая не плечист.

Но важней железа и моторов,
Ярких фар сквозь утреннюю хмурь —
Кондуктор Катя. В шумных спорах
Усмирит любую балагурь.

Катя знает каждого студента,
Бабушкам билеты подает.
В ней тепла сибирского сто центов,
И душа соловушкой поет.

Как они сработались на славу!
Взгляд один — и ход замедлит Даша.
Кате лишь кивнуть имеет право,
И салон наполнится добром.

Даша любит свой трамвай до дрожи,
До мозолей на своих руках.
Катя всех приветливей и строже
С мелочью стоит на каблуках.

Пусть летят года неумолимо,
Смены пролетают день за днем,
Мчит «двести тридцать первый» мимо
Стареньких купеческих хором.

И пока по рельсам звонким мчится
Их родной, любимый экипаж,
Будут эти лица им светиться,
Создавая жизненный кураж.

Двое их в вагоне тесном этом,
Связанных дорогой ледяной:
Даша с ее трепетным рассветом,
Катя со своею добротой.