Последние дни

Мебелка, мебелка, как ты дымишь!
Дым твой разносится аж до домищ,
Что окружают всё тот же детсад,
Где ел я манку полвека назад.

Тополь разросся и ветви простёр
Прямо к балкону, откуда простор
Взгляду открыт аж до горной гряды.
Это вдали, а домишек ряды,

С дымом из труб под ногами лежат.
Мамки в детсадик ведут малышат.
Будто и не было лет этих, но
Вижу отца сквозь балкона окно

Как он встаёт опершись на плечо
Младшего сына. И так горячо
Где-то в дыхалке от жалости к ним.
Два бобыля и продувшийся в дым

Третий бобыль. Покидаю балкон,
В кухню заходим уже всем полком.
Там веселее. Покурим без слов,
В битой кастрюле наварим мослов.

Чаю попьём, а отцу киселя.
Так захотел он, а чай опосля.
Нет, уж не в радость ему и кисель,
Чуть пригубил и обратно в постель.

Ветер гудит в дымоходе и вой
Всё нарастает. А там, над Невой
Мокрого снега косые дымы
Вижу из лютой алтайской зимы.

Вижу равнину и слышу ветра,
Как бы и не было града Петра.
Сдвинулся с места Музей островной
И отплывает, прощаясь со мной.

Мысли разряд полетит ему вслед,
Всё это зря-от метели он слеп.
Дом мой и кров обескровлен и пуст.
Воздух сиротства в нём горек и густ.

Здесь я утратил, а там не обрёл.
Батька и братик, смотрите, я гол.
Долго стою у холодной стены
Слушая шёпот ночной тишины.

В фортку открытую струи текут
Тех же небес и с собою влекут
Всё моё прошлое, как оно есть -
Мелкое крошево, сбитую спесь.
2006