Прадед из Сталинградания

Мне приснился сон — не туман, не мираж,
В нём — прадед мой, он смотрит в глаза.
Шинель в пыли, и на погонах след,
Говорит без слов: «Помнишь внучка, я твой дед.


Сталинград, огонь, Волга в дыму,
Он стоял там, где смерть шла к нему.
В сердце — Родина, в глазах — рассвет,
А в груди — пуля, последний ответ.
Я проснулась в слезах — это был не кошмар,
Это память, что в сердце горит, как пожар.


Он ведёт меня там, где рушатся дома,
Где дети забыли, что значит «весна».
«Смотри, — говорит, — как бывает, когда
Война приходит, жестока, горда».
Вижу взрывы, слышу стон земли,
Как солдаты встают — и вперёд, до крови. до крови.


Сталинград, огонь, Волга в дыму,
Он стоял там, где смерть шла к нему.
В сердце — Родина, в глазах — рассвет,
А в груди — пуля, последний ответ.
Я проснулась в слезах — это был не кошмар,
Это память, что в сердце горит, как пожар.


«Я не вернулся, — шепчет он, — но ты
Живи за нас, за мечты, за цветы.
За тех, кто пал, за рассвет в окне,
За мир, что куплен кровью во тьме».
Его как будто не было растаял словно дым,
Но в памяте и в сердце он на всегда храним.


Открываю глаза — утро, тишина,
Солнце в окне, жизнь, весна.
Но в сердце — образ, взгляд, наказ:
«Помни, внучка. Не забывай нас.


Спасибо, прадед, за смелость, за свет,
За то, что сегодня вокруг — мир, рассвет.
Я буду помнить, я буду чтить,
Твой подвиг в сердце, будет жить,