Наверно, такова судьба
В стенах домашнего молчания
Вести беседу с самим собой,
И пить из чаши мирозданья.
Окно темнеет, ночь близка,
Луна плывёт над старым садом,
И дрогнет тихая рука,
Когда тоска садится рядом.
Стакан ответит тишиной,
Прольётся отблеск на ладони,
И станет комната иной,
Как берег в полусонном звоне.
В нём не спасенье - только путь,
Куда ведёт ночная мера,
Чтоб хоть на миг не утонуть
В густом безмолвии неверия.
Я вновь налью себе вина,
Как будто встречу жду случайно,
И загорится глубина
В его прозрачности печальной.
Я знаю, утро всё сотрёт,
Окно наполнит птичьим гамом,
Но ночь опять ко мне придёт
С привычным светом над стаканом.
И тот, кто был один в ночи,
Услышит в сердце откровение -
Не только стены и врачи
Способны даровать спасенье.
И влагой терпкой и таинственной,
Что прежде жгла меня внутри,
Я оросил свой путь единственный,
Чтоб вновь услышать: «Жизнь, гори!»
Свидетельство о публикации №126080906307