Когда стынет чёрный иней
и свет, зажатый в трещинах, дрожит,
жизнь призраком уходит — и отныне
одним «прости» её не воскресить.
Когда зима сотрёт на камне имя,
и время вынет голос из груди,
мир очнётся утром после пира —
и то, что грело, — вымерзнет внутри.
Когда века раздвинут континенты
и память обнажит глубинный срез,
в разломе омертвевшего момента
проступит прах несбывшихся небес.
Когда любовь врастёт в тела занозой,
и плоть утратит право заживать,
две тьмы взлетят над обнажённой бездной —
и даже ад не посмеет их разъять.
Свидетельство о публикации №126080900512