Пригрезилось...

Я где-то прочёл на досуге
(а может... пригрел ото сна).
Что есть меж Вселенных, в округе,
Несвычно чудная страна.

Там нет ни людей, ни рассудка,
В том смысле что ведомы нам.
Но есть всё знакомое, в сутках,
С июльской росой по утрам.

Ни фабрик ни горных селений,
Ни даже больших городов!
Не видно, средь вечных скоплений,
Деревьев и ярких цветов.

А вдоль явно девственных речек,
Лежат мириады лугов...
Где кормится конь, без уздечек,
Не знавший бестравья снегов.

В большой синеве над полями,
Летят стаи смешанных птиц.
Спешащих к озёрам, краями,
Где рдеет несчётно зарниц.

И если вглядеться позорче,
В тот мир безмятежных картин.
То всё, что касается творчеств,
Войдёт в свод эдемских доктрин.

Ни бед ни на йоту волнений,
Не знает та чудо-страна.
В какой из дневных, изменений,
Лишь ночь что Луною полна.

Да яркое тёплое солнце,
За нежным кристальным дождём...
Плодящим мечты, в стихотворце,
Что вечно слащавыми ждём.

Вся суть вовременья сюжета,
Лишённого горьких страстей!
Кричит что, благая планета,
Вовек не рождала людей.

Не знала ни хитрых ни злобных;
Ни алчных с набором мечей...
Ни тех, кто использует добрых,
Что б жрать с пятерни сволочей.

Тот мир просто жил созиданьем,
Заботясь о благе живья.
Не чуя ни бед, ни страданий,
От злого... людского зверья.