Перрон

Перрон

Всё начнётся, когда испарится вина,
И рухнет тревоги глухая стена,
Когда дети подрастут, и настанет покой,
И уляжется шторм над моею рекой.

Мы живём на потом, словно в долг до зарплаты,
Забивая делами пустые палаты
Нашей собственной жизни, где окна в пыли,
Куда птицы давно залетать не могли.

Нам бы выспаться вволю, дождаться рассвета,
Пережить эту осень, и зиму, и лето,
Разобрать этот ворох бумаг и обид —
И тогда-то душа наконец зазвенит!

Только дни пролетают в миру опустевшем,
Оставляя черту на виске поседевшем,
И привычка жить завтра въедается в плоть,
И её уже трудно навек побороть.

И когда за чертой, у последней границы,
Вдруг раскроются книги, где чистые страницы,
Мы поймём, оглянувшись на этот перрон:
Жизнь не ждёт за углом… это был лишь сон!

Пусть кто-то бредёт в ожидании смен,
Не вырвавшись из глухих серых стен,
Но спадает туман, и сквозь этот рассвет
Прозревает душа, устремляясь на свет:
Настоящее — здесь, в этот миг золотой,
Над проснувшейся, светлой, живой рекой!

1995