Я шёл в атаку пламенно и смело.
Теперь лежу, лицо белее мела.
Сочится кровь на землю на сухую.
Всё кончено. Я даже не бунтую
Душой, что в рай готовится лететь,
А я готовлюсь умереть,
Хотя не знаю, что я должен делать.
А впрочем, рассуждая здраво, зрело,
Я не могу владеть спортивным телом,
Что, кажется, совсем окоченело.
Я даже пальцем не могу пошевелить
И флягу не могу достать, воды испить.
Лежу, взираю в небо, на траву
И чувствую, вот-вот и зареву.
Но я не плачу, кто же сопли подотрёт.
И я прикрыл устало рот
И рад, что это-то смогу исполнить
И далее пытался слово молвить
И получилось жалобно и тихо.
Хоть хорошо, что ратная шумиха
Притихла, нет ни выстрелов, ни взрывов.
И я завыл над участью глумливой.
Не громко, тихо подвывая,
Стенанья ветру доверяя.
Горестный вокализ
© Copyright: Александр Анайкин, 2026
Свидетельство о публикации №126080901863
Свидетельство о публикации №126080901863
Рецензии