Взят Царицын...

Взят Царицын, задумался Врангель,
Первый корпус Покровский притих,
Здесь шеренги, когорты, фаланги,
Не бросает пехота своих.

Вроде осень, поблизости дождик,
Из лощины небесной слеза,
Спорыш высох, дрожит подорожник
Под копытами жизни - коня.

Ворожбой занимаются клёны,
Из нечёсанных листьев простор,
Генерал - лейтенант опалённый
Не вступает в лазоревый спор.

Третий корпус Шатилова, муки,
Мощный штурм, много раненных душ,
Бронепоезд вдали, страх разлуки,
Под сермяжным безмолвием туш.

Эх, барон, Сводный корпус не злится,
Здесь лампада важнее костра,
Ты позволь просто честно умыться,
Русским воинам после креста.

В горле сухо, плеснуть бы молитвой,
Мощевик наполняя слезой,
Хоть за нами жестокая битва,
Оставайся, родимый, собой.

Развязавши зубами путь млечный,
Схоронивши в кровавом пустырь,
Эх, барон, оствайся беспечным,
Точно царь русский нам поводырь...

Точно держится крепко Держава,
На окраинах алых краса,
Моложавая осень, Бог Авва
Поит соком берёзок Христа.

Подкупить разве можно осину
Прежде пролитой, горькой слезой?
Дышит Истина в крепкую спину,
Но в Дыхании Свет роковой.

Эх, барон, вскоре наша Дубовка,
До исходных дожить рубежей,
Хмурит роща янтарные бровки,
Убивая, в душе не убей!

Листья жёлтые - братия нищих,
Осень, братушка, дивна пора!
Русский Господа в Боге сам ищет,
Сокровенного Брата Христа,
Взят Царицын, дымит пепелище,
Только Родина вечно права,
Эх, барон, в малом наше жилище,
Чтоб великим сразить вновь врага,
Коромысло, плечо, полотнище,
Русь грядёт, напоить за Творца,
Эх, барон, под Орловкой кострище,
Но Бог любит всем небом Тебя...