Безымянное

В осколках небесной печали
светилом сакральным легло —
памяти землистое чувство.
От него скулы болью свело,
и хладом незримым налило
глаза, в отраженьи которых
я вижу чудесные дали.

В них столько чудес происходит!
Обожженным клеймом на устах,
улыбаясь сквозь море и пепел,
в лице отражается страх.
Силуэт замирает скованный
страхом отверженной тьмы,
что волной к горловине походит.

Глаза не смыкаются. Больно,
мысли странные звуки скребут.
Эти дальние дивные слухи
ночами спать не дают.
Под кроватью летает подушка —
из нее высыпается жуть,
и хохочут в ней сны добровольно.

Затяжная смерть не подходит,
Огнем вечным дрожит на столе.
На стене уныло пляшут тени,
напевая мотив о скорой зиме.
Ночь прискорбно глядит в окно,
день не видит начала жизни —
смерть от дня почти не отходит.

Созревает плод — новое чувство,
незнакомое холодное сердцу,
словно лезвие ножа лижет вены.
Невозможно больше согреться.
Удушает, скрывает выход
на проклятой гитаре поет
под окном смерть и безумство.

Пистолет не заряжен — и пусть.
Не готова к решенью петля.
Умывает водой ледяной
незримая линейная грусть,
сменяется ветром буйным,
по которому плачет земля.

06 . 08 . 2026 .