Когда Ты постучал

Я шёл и не видел, куда этот путь ведёт,
Не звал Тебя, думал — сам всё смогу.
Дверь в сердце держал на засове, наглухо, вперёд,
А мир становился всё тише, всё злей на бегу.
Я думал, что сила — в том, чтоб не ждать никого,
Что боль — это просто цена за мой путь.
А Ты тихо стоял у порога, смотрел на меня,
И ждал, когда я перестану бежать и вздохну.

А теперь я слышу: Ты был всё время тут,
Сквозь холод и ветер, сквозь ночи без сна.
Как пальма средь камня цветёт, не сгибая свой труд,
Так сердце ожило, когда в нём зажглась весна.
Не зря эти дни, не зря эта боль и тень,
Ты вёл меня тихо, чтоб я увидел день.
Теперь я знаю: Ты — мой свет, мой тихий дом,
Мой берег, куда я вернулся наконец домой.

Одиночество жгло, но я прятал лицо в рукав,
Смеялся, когда внутри всё кричало: «Стой!»
Я строил стены, чтоб никто не увидел, как слаб,
Думал, что справлюсь, хоть мир был совсем чужой.
Слова чужие ранили, будто ножом по руке,
Я закрывал уши, чтоб не слышать ничьих молитв.
А Ты просто был рядом, в тишине, в каждом шаге, в строке,
Даже когда я не верил, что есть этот тихий мотив.

А теперь я слышу: Ты был всё время тут,
Сквозь холод и ветер, сквозь ночи без сна.
Как пальма средь камня цветёт, не сгибая свой труд,
Так сердце ожило, когда в нём зажглась весна.
Не зря эти дни, не зря эта боль и тень,
Ты вёл меня тихо, чтоб я увидел день.
Теперь я знаю: Ты — мой свет, мой тихий дом,
Мой берег, куда я вернулся наконец домой.

Я жил, не ведая, не пуская через порог,
Думал: «Мне никто не нужен, я сам себе закон».
Каждый шаг был как битва, каждый взгляд — как упрёк,
Я сам себе был и судьёй, и врагом, и законом.
Но в самой глухой темноте, где не видно ни зги,
Твоя тишина стала громче любого крика внутри.
И я вдруг услышал, как шепчет сердце: «Не беги»,
Когда Ты коснулся его посреди пустоты.

А теперь я слышу: Ты был всё время тут,
Сквозь холод и ветер, сквозь ночи без сна.
Как пальма средь камня цветёт, не сгибая свой труд,
Так сердце ожило, когда в нём зажглась весна.
Не зря эти дни, не зря эта боль и тень,
Ты вёл меня тихо, чтоб я увидел день.
Теперь я знаю: Ты — мой свет, мой тихий дом,
Мой берег, куда я вернулся наконец домой.

Боль научила смотреть не на блеск витрин,
А на то, что живёт в тишине, глубоко внутри.
Счастье оказалось не в шуме чужих машин,
А в том, чтобы слышать голос Твой в этой тиши.
Пусть бури ломают, пусть грозы гнут до земли,
Как пальма у храма, я выстою тут.
Ведь корень мой глубже, чем страх и чем все мои «не могу»,
Ты — мой оплот, мой единственный путь.

А теперь я слышу: Ты был всё время тут,
Сквозь холод и ветер, сквозь ночи без сна.
Как пальма средь камня цветёт, не сгибая свой труд,
Так сердце ожило, когда в нём зажглась весна.
Не зря эти дни, не зря эта боль и тень,
Ты вёл меня тихо, чтоб я увидел день.
Теперь я знаю: Ты — мой свет, мой тихий дом,
Мой берег, куда я вернулся наконец домой.

Теперь я не прячу глаза, если кто-то плачет рядом,
Понимаю, как больно бывает молчать.
Если кто-то споткнётся — я руку подам без оглядки,
Ведь знаю, каково по краю шагать.
Ты научил меня видеть свет в мелочах:
В дожде поутру, в улыбке ребёнка, в простом «привет».
И даже когда мир рассыпается в прах,
Я знаю: я не один — я в Твоём свете.

А теперь я слышу: Ты был всё время тут,
Сквозь холод и ветер, сквозь ночи без сна.
Как пальма средь камня цветёт, не сгибая свой труд,
Так сердце ожило, когда в нём зажглась весна.
Не зря эти дни, не зря эта боль и тень,
Ты вёл меня тихо, чтоб я увидел день.
Теперь я знаю: Ты — мой свет, мой тихий дом,
Мой берег, куда я вернулся наконец домой.

Пусть кто-то не верит, пусть кто-то смеётся в ответ,
Мне хватит того, что я вижу сам.
Твой тихий свет — это мой главный секрет,
Он греет меня по ночам и дням.
Я больше не строю стен, я открываю дверь,
Пусть входит надежда, пусть входит тепло.
Спасибо, что Ты не ушёл, что остался со мной,
Что в сердце моём теперь живёт Твоё добро.

А теперь я слышу: Ты был всё время тут,
Сквозь холод и ветер, сквозь ночи без сна.
Как пальма средь камня цветёт, не сгибая свой труд,
Так сердце ожило, когда в нём зажглась весна.
Не зря эти дни, не зря эта боль и тень,
Ты вёл меня тихо, чтоб я увидел день.
Теперь я знаю: Ты — мой свет, мой тихий дом,
Мой берег, куда я вернулся наконец домой.