Дороти

Шаркают годы, с отдышкой плетутся,
Только хорошее помнят о мёртвых.
Труп-то надёжно к асфальту примёрз твой,
Брызнув последней морзянкою пульса.

Дороти Хейл за цыганским пасьянсом
С лёгкой руки попытает удачу:
В перечне признанных светских чудачеств
Третьим указано непостоянство.

Тенью вскарабкавшись на Хэмпшир-хаус,
Взгляд свой поднимет на вмёрзшие звёзды,
Чёрное платье измажет извёсткой,
По этажам в полутьме ошиваясь.

«…Гроб (дуб и бронза… пусть стёганый бархат)…
Кэмпбелл захочет семь сотен… примерно;
Так… подготовка, визаж и примерка,
Плюс отпевание… мёртвым припарка —

Сто пятьдесят… ну, пускай будет двести…
Сотня — цветы: хризантемы… и, скажем,
Флоксы… гвоздики, а, может быть, даже
Пара гардений… от Джо из Ки-веста».

В списке гостей были дочь Фрэнка Кейса —
Маргарет Кейс, был Джон Морган с супругой;
Миссис Маккой с её близкой подругой,
Миссис Суинберн, по прозвищу «Крэйзи».

Если снежинкою станет душа, то
Что воспарит над фаянсовой плотью?
Будет ли действовать в этом полёте
Яд поцелуев и рукопожатий?

«…Зал с катафалком… оплатит Барух, а
Платье его я сегодня надену…
… Пусть умирает последней надежда…
И на старуху бывает проруха…»



Иллюстрация:
Фрида Кало — «Самоубийство Дороти Хейл», 1938 г.