УкраЙна

В тот  год лето в  Ленинграде  выдалось  малорадостным.  Тучи  затянули небо, а дожди шли не переставая. Настроение тоже было пасмурным.
Особенно у меня, ученика 2 класса, 328 школы. По крайней мере мне так казалось. Мать тоже грустила и не знала, что с нами делать. Кроме меня с нами был и маленький брат малолетка 6 лет. На дворе лето, а мы сидели на подоконнике и смотрели в окно. ..

«Ну вот что», сказал отец , «собирайтесь скорей, я забираю вас в рейс»
Отец был капитаном речной самоходки «Вишера», небольшого грузового судна. Нахождение на бору судна посторонних людей было категорически запрещено, но за все отвечал капитан и раз он решил взять свою семью в рейс, значит так тому и быть.  Мы быстро собрались, сели в такси и вот мы на борту судна. В тот же день судно отошло от берега и мы отправились в рейс.
Впереди было несколько дней пути по рекам и озерам Северо-запада и вот мы оказались в Москве. Как известно Москва порт пяти морей.
Однако наши ожидания не оправдались. Погода была скверной.
Чтобы догнать лето отец решил отправить нас на юг.  Куда, мы не знали и поехали прямо на вокзал. Туда, откуда отправлялись поезда во  все концы и уголки нашей большой Родины.  Отец смотрел на карту, на расписание поездов  и не мог выбрать направление куда нас отправить.

В этот момент к нам подошла женщина, крупная и улыбчивая, она задала нам вопрос: «Ну, что, родные, на юг собрались. Выбираете куда лучше?»
 «Ну да. Вот думаем.», -сказал отец.

«ТЮ!  А что тут думать?  Езжайте к нам, в Стрый, на Украину. Я здесь в Москве на курсах переучиваюсь. Я машинист паровоза, а учусь на машиниста тепловоза. На тепловую тягу переходим. А в Стрые у меня дед 106 лет. Живет один. Дом большой. Живите, сколько хотите. И денег не надо. Только за хозяйством присмотреть и в саду помочь дедушке.»

 Отец обрадовался. «Надо же, повезло…» Мы купили билеты, сели в полацкартный выгон и отправились в путь. Паспорта у нас с сбой не было, забыли в Ленинграде. Но отец нашел нашу общую фотографию написал не оборотной стороне все наши данные. Кто есть кто. Как в паспорте. Заверил судовой печатью и  подписью. Получился паспорт.

 Было раннее, хмурое  утро, когда поезд пришел во Львов. Над перроном возвышалась надпись:  ЛВIB.  У меня болела голова.Мы расположились на большой лавке в зале ожидания и я уснул.

В кассе, где мы хотели купить билеты на Стрый, кассирша сказала, что такого города нет. Есть Строитель. Мы испугались. Решили, что это западня и вернулись на лавку. На улице тоже капал дождь…

На лавке мы познакомились с двумя учительницами из Риги. С ними был мальчик. Он болел астмой и им посоветовали ехать в Закорпатье, дышать горным воздухом. От них мы узнали, что в городе Рахов, куда они направлялись, там где течет река Тиса, дождей нет, так как город находится за перевалом. И вообще там очень красиво. Живут Гуцулы. Сейчас это Западная Украина. Граница с Венгрией.

 Мы сели в плацкартный вагон и продолжили путешествие. Поезд шел в горах через многочисленные тоннели и наконец пришел в Рахов.

Вечерело. Внизу  текла  Тиса. Течение было быстрое. На порогах вода бурлила и перекатывалась, издавая шум. Все это подсвечивалось заходящим солнцем и завораживало.
 На набережной к нам подошла женщина. Она предложила нам остановиться в ее доме. Переночевать, а может и пожить за небольшую плату. Мы с удовольствием согласились. Женщина оказалась учительницей. Интиллигентной и гостеприимной.  Когда я открыл глаза, было раннее утро. Распахнутое окно. Внизу Тиса и лес. Чистый воздух, напоенный запахом трав, И тишина…
 Это была Украина… Именно  такой я и представлял себе Западную Украину позднее в своих воспоминаниях.

Кроме нас в доме жила семья художника Замахина из Ленинграда Жена и дочка
сопровождали его в путешествии. Мы подружились Вместе гуляли и изучали окрестности

Однажды мы пошли в горы в сопровождении мальчика, хозяйского племянника.Горы представляли собой поросшие деревьями и кустарником холмы и возвышенности. Сверху стекали многочисленные ручьи и водопады. Высокие буки возвышались и тут и там.
 Впереди показался высокий сруб с узкими окнами, напоминающими бойницы.
Что это? – спросили мы мальчика?    « Отсюда во время войны мой отец стрелял  по всем». «По кому это по всем?»  «А по всем…», сказал мальчик.

 Тетя Нина нахмурилась и закусила губу. Я не ничего не понял и вскоре забыл об этом. Слишком ярко светило солнце, а вокруг пели птицы и цвели яркие цветы. Через некоторое время мы тронулись дальше.
 Село Мужиево так же находилось среди полей и предгорий Карпат. Местное населения было так же очень гостепреимно и дружелюбно. Сидайте пани, сидайте…говорил управляюший в сельсовете, где мы искали съемное жилье
  На этот раз хозяивами были бывшие венгры. Женщина лет 50 и ее отец
Шандор Бач. Как звали женщину я не помню, но была она очень добрая, угощала нас грушами, абрикосами. Дом был из камня. Посреди комнаты стояла огромная деревянная кровать, где поместилась вся наша семья. До войны это село было венгерским, а после территория отошла к СССР вместе с его жителчми. «Волга, Волга», кричал Шандор Бач,когда то находившийся в плену в Астрахани, будучи солдатом австро венгерской армии. В 1918 году. Теперь это был забавный старик, жаривший свинину, нанизанную на прутик, прямо на костре.
Побыв в Мужиево, мы поехали дальше. В Чинадиево жили румыны и поляки. Теперь украинцы. Хозяева имели 2 лошадей. Каждое утро хозяин зопрягал их в повозку и ехал на работу на мебельную фабрику, делавшую мебель из бука.
 Тетя Лида была домохозяйкой. Был сад с персиками и грецкими орехами.Из орехов она варила варенье. Угощала нас. Очень вкусно. У них были две дочки. Мы подружились и вместе купались, играли.
Однажды, мама спросила их о том, чей портрет висит на стене в большой комнате? Это был большой портрет мужчины в черной форме. «Это же фашист»,-сказала она.

 «Тю, який же это фашист? То наш тату…»   «Но форма то на нем черная, фашистская». «Та ни, то румынска форма»   «Но Румыния была с Гитлером?»
«А мы знаемо? К нам кто приходил, за того мы и были».

   Это был 1962 год. СССР. И только что сформировавшееся советское Закарпатье, вошедшее в Украину.