Шестидесятый снег

Я наблюдаю, как в шестидесятый снег,
В ту зиму, что не ближе и не дальше,
Всё тот же неосознанный разбег
Души, не знавшей горечи и фальши.

Всё та же лента, тот же полумрак,
И те же страхи, вскормленные веком,
Но только ближе стал далёкий шаг,
Что отделил от зверя человека.

Я наблюдаю этот вечный круг —
Земных надежд, возвышенных и нищих,
И тот же третий глаз, и тот же дух,
Который, что себе присвоить, ищет.

И я, как ты, листаю ворох дней,
Вдруг узнавая в новом — повторенье:
Всё то же небо в пригоршне ветвей,
Всё тот же пульс под кожею творенья.

Но чем длинней сцепление годин,
Тем эти цифры, эти даты, мифы —
Как пар от поезда... И видишь ты один
Сырую прелесть мира и его изгибы.

Не в том бессмертье, чтобы длиться впредь,
А в том, что этот миг — неповторимый гений.
И страх уже не жалит, словно плеть,
А учит жадно жить без опасений.

Что изменилось? Влагой на стекле
Стекает жизнь всё тем же беглым следом.
И тот скворец на утренней заре,
Что так же пел, и так же был неведом.

Я наблюдаю... Это не итог,
Не мудрость и не старческое бремя.
А просто жизнь вошла в свой полный срок,
Где тридцать пять и шестьдесят — одно и то же время.