Беля - Горе Крымскотатарская сказка

Муллою быть в Крыму вольготно и безбедно.
От мелочей любых ему доход:
Родится кто-нибудь или умрёт,
Сыграет свадьбу ли, поссорится с соседом.

Не знал нужды мулла Асан Эфенди,
Обширны были огород и сад –
Из года в год в них урожай богат,
Просторный дом, поля, барашки, деньги.

Начну я сказку просто, без затей:
Послал Аллах мулле двух сыновей.

И первым был Мурат. Во всей красе
Устроен праздник в честь его рожденья.
Понятно и его предназначенье:
Муллою стать, учиться в медресе.

Потом удача покатилась вниз,
Неурожайным выдался сезон
И младшему совсем не повезло,
Рос, словно пасынок, в семье Идрис.

Ушёл отец – добро всё у Мурата,
А жадность в нём с рождения жила
И он по крохам обирал селян.
Да, став муллой, он позабыл про брата.

А обделённый сын Идрис теперь батрак,
Но только не забыл его Аллах,
Послал детишек щедро – мал мала.
Из бед голодным ртам не вырваться никак.

Заели злыдни. На поклон к родному брату
Муки и катыка немного одолжить,
Но второпях он прихватил большой кувшин.
Мулла, все знали, был счастливый и богатый.

– Что ты! Могу ли я кормить лентяев?
Ведь вы, крестьяне, позабыли страх.
Понятно, что не любит вас Аллах.
Иди своим путём, когда мошна пустая!

Не солоно хлебавши шёл, кувшин сжимая.
Что скажет детям? А дорога через лес.
Вдруг слышит топот ног и веток треск.
Глядит – стоит толстяк-старик, ухмылка злая.

– О, здравствуй Карт-Бабай, – спросил нестрого.
– Кто ты такой? Куда лежит твой путь?
– Я твоё горе! Дай мне отдохнуть,
Устал бежать я за тобою всю дорогу.

Смекнул Идрис: «Побереги себя ты,
И лучше полезай ко мне в кувшин.
Я понесу». И горе прыгнуло. – Бежим! –
Заткнул он горло рваной шапкой - и к ребятам.

У дома был, когда уже стемнело,
И быстро, чтобы не пропал запал,
Под грушей своё горе закопал,
Пока оно очнуться не успело.

В семье Идриса позабыли слёзы.
На удивленье уродил табак,
И были яблоки с двойной кулак,
И радовали винограда грозди.

За жадность крымских мулл настигла кара –
Их изгонял из деревень народ.
Так в одночасье сад и огород,
Поля, луга и на яйле отары –

Всё потерял Мурат. Тогда он вспомнил брата.
– Ох, брат Идрис, забыл меня Аллах.
Добро, величие – всё превратилось в прах.
В семье моей утрата за утратой.

– А помнишь, брат, моих детей малюток,
Которым корки хлеба не подал,
Меня, как попрошайку, ты прогнал?
– Ах, это? Что-то помню очень смутно.

Ну, что же, гостем был Мурат и братом.
И плов, и кавурма, и кашкавал…
Турецким кофе чебуреки запивал.
Но только вновь Идрис был виноватым.

– Открой секрет, как выбился ты в люди?
– Да ты же и помог! – И рассказал
Про старика, кувшин.
– Где закопал?
– Под грушею хранится это чудо.

Все спать легли. Мурат в окно тихонько,
И в сад с киркой – вернуть Идрису горе.
Кувшин и шапка показались вскоре,
А из кувшина старикашка. Только

Он был и лыс, и худ – одни лишь кости.
– Спасибо тебе, добрый человек,
Твоей услуги не забуду я вовек,
Веди меня к себе скорее в гости.

– Постой, прости, но с младшим братом лучше!
– Крестьянин, он опять меня упрячет.
А ты, эфенди, ты моя удача
И с этих пор мы будем неразлучны!


Крымскотатарская сказка, рассказанная Асаном Чергеевым Аркадию Кончевскому
Источник: Вопросы духовной культуры – Филологические науки
Мурадасилов А.Ф. Тематическая направленность произведений А. М. Чергеева (на примере трех поэм «Эшид, мевта не севлеюр!», «Такъдир», «Аджи Ислям молла» и сказка «Горе»)