Светило карбона

Торфяник болот – монструозное лоно.
Сгущает пары; – огнезарный паук
Волокна цветные – светило карбона,
Сплетает над пастбищем знойных излук.

Багряных паров миражи кровеносны,
Но спазмы и сдвиги, коробят нутро.
Земные потуги; владычества косны,
Карбункулов красных утробно родство.

В туманном, и плотном, солёном угаре
Карбона светило – палило из мглы,
На отмели моря: резвились, плескались,
Дебелые тУши – влачили хвосты…

В полуденном жАре; расплавлено, тупо
Лениво, – рептилии грели тела…
Их семя сокрыто, и прочны скорлУпы,
Пульсирует сердце – трепещет плева.

И силы бушующей жуткая нежность
Дрожала на жаберной кромке дуги,
И пёстро-искрящая яркая древность,
Слепила, дышала, и вила круги,

И острое жало; сквозь щели кораллов
Скользило, качалась, на рифе пластов,
И рыбы кружили в тенётах провалов,
И висли стрекозы в гирляндах паров,

И в тине малярной болотистой рощи
Весь яд испарений въедался в хвощи.
Кишели моря, – зверозубою мощью,
И слизни плодились, трещали хрящи.

Акулы жирели на кухне подводной.
Амфибии кисли в затоне морском.
Шло пиршество жизни в карбоне болотном,
И челюсти чавкали в иле морском.

В кореньях извивных травы непролазной,
Раздольна порфира; дика;, и нова,
И сполохи жизни – хрипят кровожадно,
И ящера панцирь – дробит булава,
А в заросли затхлой завал сигиллярий
Качаются в мутной воде плауны,
И корчится тварь трилобита в пожаре,
В утробном пожаре, – сгорают стволы.

Морские глубины хранят отпечатки,
Где в донные залежи; пал известняк
Пласты отложений не терпят помарки,
Вся летопись тризны моллюсковый шлак.