Туманная поэзия Бэй Дао

              Бэй Дао - один из лидеров «второго поколения» китайских поэтов, который  сыграл ключевую роль в развитии современной поэзии Китая. Он начал писать в 1970-х годах под псевдонимом, выражая протест против официальной литературы. Бэй Дао основал неофициальный журнал «Цзиньтянь» , который был закрыт властями в 1980 году. Его поэзия, известная как «туманная», использует метафоры и завуалированный язык, избегая прямых политических тем.  Бэй Дао стал поэтическим голосом своего поколения.

      Выдающийся китай ский поэт Бэй Дао родился в Пекине 2 августа 1949 года. В ранней юности принадлежал к хунвэйбинам и пятнадцать лет работал на стройке. Хунвейби;ны[, буквально: «красногвардейцы»— революционные отряды, созданные в шестидесятых годах двадцатого века из студенческой и школьной молодёжи в Китае, которые занимались расправой с политическими и общественными деятелями. Впоследствии их преступления были осуждены в мире и в Китае. В дальнейшем молодой человек  пересмотрел свои взгляды. Он закончил Пекинскую среднюю школу № 4. Участвовал в демонстрации 1976 года на площади Тяньаньмэнь. Событие, как акция памяти Чжоу Эньлая, политически было направлено против Мао Цзэдуна.  Оно было подавлено властями с привлечением полицейских сил и армейских частей, объявлено «контрреволюционным инцидентом». Было использовано как предлог для очередного устранения Дэн Сяопина. В период реформ Дэн Сяопина эти события стали рассматриваться как народное выступление против «Банды четырёх». Поэт пересмотрел свои взгляды, т. к. занимался самообразованием и изучением истории и культуры Китая.

          Об истории и культуре Китая с древних времен написал у нас Виталий Рубин «Идеология и культура древнего Китая (четыре силуэта)».  В Китае известны  четыре классических романа, составляющие  литературную основу его культуры. В них и история, и войны, и волшебство, и быт простых людей. Для китайцев эти произведения как для россиян «Война и мир», «Евгений Онегин», «Преступление и наказание» и «Мертвые души».
        «Троецарствие» -  роман, написанный  записал в 14 веке Ло Гуаньчжуном, повествует о событиях в Китае 2-3 вв.. Империя Хань тогда распалась на три государства: Вэй, Шу и У, которые боролись за власть над всей территорией Китая. Текст изобилует  историческими событиями с мифическими элементами.  «Троецарствие» оказало такое  большое влияние на китайскую литературу , как все работы Шекспира на английскую. 
        Роман  «Речные заводи» , написанный в 15 веке в жанре уся (боевое искусство),  повествует о приключениях и подвигах 108 «благородных разбойников» во главе с Сун Цзяном — китайским Робин Гудом. Они скрывались от чиновников, помогали простым людям, обосновались в лагере Ляншаньбо, одержали победу над сунскими властями, а потом помогали императору Хуэйцзуну защищать государство.
         «Путешествие на запад» - роман, написанный У Чэнъэнем в 16 веке в авантюрно-фантастическом жанре,  рассказывает о путешествии монаха Сюаньцзана за буддистскими сутрами в 7 веке. Его ученики-компаньоны: царь обезьян Сунь Укун, антропоморфная свинья Чжу Бацзе, бывший небесный полководец Ша Сэн и белый конь-дракон, который в прошлом был принцем.  Роман  наполнен волшебством и комическими зарисовками, он очень популярен у китайских детей.
      «Сон в красном тереме» - это история об упадке двух ветвей и трех поколений богатого семейства Цзя. Первые две трети романа написал Цао Сюэцинь в 18 веке, где он  описывал историю своего семейства: его дедушка служил при дворе императора Канси, а отец попал в немилость. Роман рассказывает об общественной и культурной жизни Китая того времени, о семейном укладе и традициях конфуцианства. Закончил роман  издатель Гао Э.

        Бэй Дао, собственное имя Чжао Чжэнькай - его псевдоним означает Северный остров.  Псевдоним выбран неслучайно. Да;о ( буквально — «путь») — одна из важнейших категорий китайской философии. Конфуций и ранние конфуцианцы придали термину Дао этическое значение, истолковывая его как «путь человека», то есть нравственное поведение и основанный на морали социальный порядок.
          Бэй Дао начал писать стихи с 1976 года. Вместе с поэтом Ман Кэ он выпускал литературный журнал «Цзиньтянь» («Сегодня»), после 1980 запрещённый властями.  Бэй Дао также активно взаимодействовал с мировым литературным сообществом. После трагических событий на площади Тяньаньмэнь, он надолго оказался оторван от родины и жил в Великобритании, ФРГ, Норвегии, Швеции, Дании, Нидерландах, Франции, США. Через шесть лет  его жена и дочь смогли воссоединиться с ним. Будучи за границей, поэт перезапустил журнал «Сегодня» и  неоднократно выдвигался на Нобелевскую премию по литературе — не в последнюю очередь, благодаря знакомству с Йораном Мальквистом, переводчиком китайской поэзии и членом Шведской академии.  С 2007 года проживает в Гонконге, где стал профессором, а ныне является почётным профессором факультета искусств Китайского университета Гонконга.  С 2009 года он организует там «Международный фестиваль поэзии», гостями которого регулярно становятся в том числе и русскоязычные авторы.
       Стихи, новеллы и эссе Бэй Дао переведены на 25 языков. Среди его наград — премия Барбары Голдсмит за свободу печати, присуждаемая американским ПЕН-центром (1990), премия Курта Тухольского (Швеция, 1990), премия Жанетты Шокен (Бремен, 2005) и др. Он — почётный член Американской академии искусства и литературы (1996). Как отмечено выше, поэт неоднократно выдвигался на Нобелевскую премию. В 2015 году поэт был удостоен премии «Золотой венец» Стружских вечеров поэзии, а в 2022 году ему было присвоено звание почётного доктора Университета Артуа.

        Полагаю, что для более глубокого понимания творчества поэта необходим хотя бы краткий экскурс в ее истоки. Китайская поэзия, насчитывающая три тысячи лет, делится на «ши», «цы», «цюй» и «фу». Традиционные формы рифмованы, но не все рифмованные тексты считаются поэзией. Древние антологии «Книга песен» и «Чуцы» сохранили образцы раннего периода. В династии Хань развился жанр «фу», а в Тан — «ши» с двумя формами: гуши и цзиньтиши. «Цы» возникли в Сун, выражая личные желания, но позже стали литературными. В позднюю классику поэзия усложнилась и стала менее популярной, несмотря на её использование в драматургии. В Цин сочинение стихов является обязательным на госэкзамене.
      Современная поэзия (с 1920-х) началась с Движения 4 Мая, отказавшись от традиционных форм и используя разговорный язык. Поэты, такие как Сюй Чжи-мо и Го Можо, внесли революционные изменения. В эти  годы развивались революционные и сатирические темы. После образования КНР Мао Цзэдун писал в традиционном стиле социалистического реализма. В противовес государственной идеологии в восьмидесятые годы  появились «туманные поэты», использовавшие намёки, пытавшиеся обнажить внутренние переживания, несогласие с политическими событиями современности. Многие  поэты этого направления были изгнаны. В девяностые годы их сменило «третье поколение», находящее свой индивидуальный стиль.

          Несмотря на нынешнюю канонизацию его ранних произведений в Китае (например, «Ответ» неоднократно признавался самым влиятельным стихотворным текстом литературы нового периода), издательства на родине по-прежнему настороженно относятся к публикациям его новых вещей. Наиболее полное - девятитомное - собрание его сочинений вышло в печать в 2016 году. Избранным поэтическим текстам в нем отводится лишь два довольно скромных тома — еще один занимает его ранний роман «Движение волн». Поэту также принадлежит роман «Приливы и отливы».  Остальные шесть томов занимают  эссе и воспоминания. Последняя им опубликованная вещь — тридцатичетырехчастная поэма «Не по тому пути», писавшаяся десять лет и составившая целую книгу.
 
        ответ

подлость — пропуск для подлеца
праведность — эпитафия праведнику
присмотрись, в позолоченном небе
всюду косые тени умерших

ледник отступил
— отчего же здесь лед?
впереди виден берег
— отчего море полнится смертью судов?

я пришел в этот мир
с бумагой, веревкой и тенью
чтобы до судного срока
голоса осужденных звучали

говорю тебе, мир:
Я——НЕ——ВЕ——РЮ!
пусть пред тобой пала тысяча прежде
— меня зачти тысяча первым

не верю, что цвет неба синий
не верю, что эхо от грома
не верю, что в снах только ложь
не верю, что в смерти не будет возмездия

если вода выйдет из берегов —
пусть вся ее горечь пройдет сквозь меня
если же твердь надломится и вздыбится —
пусть на новой вершине люди найдут себе место

в поворотное время — скопища звезд
покрывают безбрежное небо
в них — письмена пяти тысяч лет
в них — взоры потомков бьющие в нас
1972-1978
       Бэй Дао в  своем творчестве поэт часто  использует образ неба. Небо в «Книге песен» является безграничной высшей силой, управляющей людскими судьбами. Образ неба представлен в философских трудах представителей
конфуцианства (Небо - высшая сила, носителем которой на Земле является
правитель, «сын Неба») и даосизма (мотивы творения Неба и Земли).
Бэй Дао в стихотворении «Ответы» обращается к образу неба: «Ты
видишь, в небе, золоченном солнцем, // Умерших призраки ведут свой
разговор» . В стихотворении «Ответы» Бэй Дао уделяет  внимание образу неба, как источнику неиссякаемой веры в будущее и надежды на перемены в жизни человека и общества

       Среди ключевых сборников эссе писателя — «Голубой дом» (1999) и «Ворота города, откройтесь». В 2024 году в английском переводе была опубликована поэма «Sidetracks» («Обходные пути»). Это автобиографическое произведение, создававшееся на протяжении более десяти лет, критики называют magnum opus поэта.
       Бэй Дао пишет так называемые вэйсинши (микростихи). Его цикл из небольших стихотворений «Записки из Солнечного города» наглядное тому доказательство, одно из которых под названием «Жизнь» состоит из одного лишь иероглифа «сеть». Здесь примечательна кольцевая композиция – произведение начинается с «жизни», «когда солнце уже взошло», «жизнью» и заканчивается. Но в только в конце становится понятно, что она всего лишь «сеть», и все начинается с самого начала. Еще одной особенностью является то, что каждое стихотворение цикла обладает названием. В них образы нашей жизни, что лишний раз подтверждает ее цикличность:

Жизнь

Солнце тоже взошло
Любовь
Спокойствие. Стая диких гусей пролетела На пустующей целинной земле
Старое дерево упало с хрустом
В воздухе парит терпко-соленый дождь Свобода
Развеваются
Разорванные полоски бумаги Ребенок
Картина, вмещающая целый океан, Сложилась в журавлика
Девушка
Трепещущая радуга
Собирает павлиньи перья Молодость
Алая волна
Намочила одинокое весло
Искусство
Миллионы ослепительных солнц Появляются на разбитом зеркале Народ
Месяц разорвался на пшеничные зерна Посеянные на четном небе и земле
Труд
Руки, охватывающие Землю
Судьба
Дети произвольно стучат по перилам Перила произвольно стучат по вечеру Вера
Отара переливается через зеленую низину Пастушок играет на монотонной флейте
Мир
Там, где умер монарх
Старое ружье пускает ветви, почки
Стало искалеченной палкой
Родина
Она отлита на бронзовом щите,
Прислонившемся к потемневшей музейной стене Жизнь
Сеть
(«Записки из Солнечного города», пер. О.В. Сам-буевой)

       Впоследствии Янь Юй, теоретик поэзии, говорил, что для Бэй Бао  характерна «особая утонченность в стихах, когда они не поддаются логическому осмыслению» . Подобную размытость Бэй Дао продолжает развивать:

Пойдем,
Лунный свет на льду,
Перелился через русло реки
(«Пойдем», пер. О.В. Самбуевой)

В горах растаял колокола звук Меж старыми колоннами паук Сплел паутины кольца годовые
(«Древний храм», пер. Лю Вэнь-фэй совместно с О. Трофимовой)

          Однако, будучи поэтом, не имеющим профессиональных знаний в области классической литературы, что отличает его от таких ученых-литераторов, как Го Можо, Вэнь Идо, Бэй Дао в своих стихотворениях проявляет любовь и определенную преемственность по отношению к западной поэзии.
       Среди произведений западной литературной и философской мысли, по мнению Си Вана, самое сильное влияние на поэта оказали воспоминания Ильи Григорьевича Эренбурга «Люди, годы, жизнь».  Из книги он узнал о многих поэтах и деятелях искусств, таких как Б. Пастернак, О. Мандельштам и др. Впоследствии это, видимо, отразилось на его переводческой деятельности: он перевел множество произведений поэтов ХХ в., все тех же Б. Пастернака, О. Мандельштама, а также англоваллийского поэта Дилана Томаса, шведскоязычной финской поэтессы Эдит Сёдергран, австрийского поэта-символиста Р.М. Рильке, испанского поэта Ф.Г. Лорки и т.д.
           В очерке в жанре саньвэнь «Лорка: порыв осеннего ветра в оливковой роще» Бэй Дао писал:  «Сборник стихов» Лорки попал в мои руки, я испытал дикое волнение. Тень Лорки нависла над андеграундной поэзией Пекина. В стихотворении Фан Ханя слышится отзвук Лорки; в утраченном стихотворении Ман Кэ «В зеленом цвете зелень» просматривается тематика стихотворения Лорки «Сомнамбулический романс»; в начале 80-х годов я порекомендовал Лорку Гу Чэну, таким образом его произведения окрасились в цвета Лорки» .
       Некоторые исследователи сравнивают Бэй Дао с Байроном. Их произведения различны по форме, но идентичны по своему содержанию. Это связано и с тем, что они подвергались критике со стороны литературного сообщества у себя на родине, и с тем, что они долгое время жили за рубежом, и с тем, что все они родились в годы «культурной революции»; еще более важно то, что они были крупнейшими поэтами лирико политического направления своего времени, и в стихах каждого из них было отражено стремление к свободе, независимости, к демократии, все они устали от беспричинных стенаний поэтов прежней эпохи, и все привносили в свои политизированные произведения долю иронии.
        Другие ученые проводят параллели с жизнью и творчеством французского поэта Шарля Бодлера , который жил в период полного расцвета капитализма, Бэй Дао же застал время, когда социализм в Китае достиг пика своего развития. Бодлер создавал свои произведения в период, когда романтизм уже был нежизнеспособен, можно сказать – в период увядания литературы. А стихи Бэй Дао писались в тот период, когда для политических лозунгов в литературе почти не осталось места – в период рождения новой литературы.  Отличие лишь в том, что Бодлер не обладал культурной благовоспитанностью Бэй Дао, а у Бэй Дао не было того упадочного мировоззрения, какое было присуще Бодлеру. Вдвоем они выглядят как изуродованный цветок и одинокий северный остров.
       Третьи литературоведы сопоставляют с Томасом Элиотом. Элиот – второй важнейший представитель в истории новейшего европейского символизма, а Бэй Дао является таковым для китайского символизма. Элиот получил Нобелевскую премию, а Бэй Дао – нет. Но это нисколько не может затенить поразительное сходство между «Сном средь бела дня» и «Пустошью». Каждый из них достиг своего пика в символизме.

          В «Пустоши» Элиот сравнил послевоенную Европу, по крайней мере Западную Европу, с выжженной равниной, Бэй Дао во «Сне средь бела дня» сравнил китайскую «культурную революцию» с видением, явившимся во время полуденного сна. В обоих произведениях сквозит боль и безысходность:

Наконец наступит день
Ложь, словно люди без страха, Вырвется из огромного приёмника Расхваливая катастрофы
Врачи вознесут белизну простыней
Стоя на больном дереве вскрикнут:
Это свобода, свобода, от которой нет иммунитета Отравила вас
(пер. О.В. Самбуевой)

    В произведениях поэта  можно найти и  преемственность по отношению к народному творчеству. Ведь символизм свойственен не только западной поэзии, китайская поэзия не менее символична. Бэй Дао как раз унаследовал ее традиции:

По свисту голубя,
Ищу тебя я,
И лес высокий небо скрыл
(«Потерянный», пер. О.В. Самбуевой)

      В этих строках можно проследить параллель с поэмой Цюй Юаня «Лисао»:
Мой путь далек,
Он долго будет длиться –
Пока еще
Не ясен мой удел.
(пер. А.И. Гитовича)

        В связи с этим нужно отметить, что как бы ни трагично это было для личной и семейной жизни Бэй Дао, но годы, проведенные в ссылке, были благословлением для его работ. Он сознательно выбрал одиночество для развития своего творчества. Поэзия поэта обогатилась образностью.  В его произведениях отразились сомнения, протест и вопросы к действительности, характерные для «туманной поэзии». И все же главная особенность его творчества в использовании собственных средств выразительности - создание нестандартных образов и неизвестных до того способов их сочетаний. Бэй Дао поэт сложный и противоречивый, его поэзию нельзя однозначно назвать китайской или западной, используя такие средства художественной выразительности, как антитеза, олицетворение, метафора, сравнение, он как бы балансирует на стыке, и этим создает свою ни с чем не сравнимую индивидуальность.

          резюме

я пересекал площадь строевым шагом
брил голову наголо
чтоб было проще солнце найти
но среди карнавала безумия
вдруг сбился с пути, через прутья ограды
видно безразличие коз
до тех пор, пока на бесплодной
почве листа не пробьется искомый контур
я не распрямлюсь
тот, кто считает себя отыскавшим
последнюю истину — подобен зажаренной
рыбе, видящей во сне океан
долгих лет! что черт возьми тут еще прокричать
лицо зарастет
переплетутся сотни столетий
мне придется пойти войной на историю
сжимая нож, сдружиться с кумирами
но не чтобы прижиться
в этом мушином фасеточном мире
пока в книгах ведется война
мы найдем там покой
разменять эту звездную мелочь
за одну ночь я проиграл
последний ремень и нагим иду в миру
беззвучно дымящаяся самокрутка
— дуло ружья и полночь в прицел
когда однажды мир перевернется
я — подвешенный вверх
ногами на дереве-швабре
— буду разглядывать даль
1979-1983

сомнения

мимолетные блики истории
угаданные улыбки девушек
— вот наше богатство
тонко-узорчатый мрамор
вызывает сомнения
светофор в трех цветах
обозначит смену сезонов
человек стерегущий клетки для птиц
стережет и свой собственный возраст
скромный отель вызывает сомнения
крыша из красного листового железа
с заросшего мхом языка
падают катышки ртути
разбегаются врозь на
мосту-перекрестке
тишина фортепьяно в гостиной
вызывает сомнения
деревце рядом с домом
душевнобольных — обвязано несколько раз
модели надменно застыли в витринах
стеклянным взором сверлят прохожих
две голых ступни на пороге
вызывают сомнения
так и наша любовь
1984-1986

на пути

июль, каменоломня заброшена
косящий ветер с полсотней бумажных змеев
как итог тысячелетней войны
народ преклоняет колени пред морем
договорившись со временем
я прохожу насквозь свою жизнь
песок у воды
шумно празднует волю
младенец с табачной травой зашевелился в утробе
– густой туман убрал голову матери
договорившись со временем
я прохожу насквозь свою жизнь
этот город сдвигается с места
подворья встают на рельсы
пассажиры в соломенных шляпах
в метаньях — по ним открывают огонь
договорившись со временем
я прохожу насквозь свою жизнь
пчелы сбиваются в рой
лететь вслед уплывшему саду скитальца
бард и слепой
в два свечения волнуют небо
договорившись со временем
я прохожу насквозь свою жизнь
на карте лежащей поверх смерти
конечная точка – пятнышко крови
камни очнувшиеся под пятой
память не сохранила
1989-1990

созидание

века созидания — мне неспокойно
у ночи, разметавшей порядок
всегда есть причина
пес, увидев туман, зашелся лаем
лодка по волнам держит свой курс
в моей памяти место, где был маяк
не болит, как давно вырванный зуб
раскрытая книга портит пейзаж
солнце спасли, и оно восходит
одинокие люди топчутся в очередях
колокола подбирают им рифмы
что еще кроме этого
улыбка зари на стекле
лифт идет вниз, но не в Ад
получивший расчет от государства
пропустив сквозь себя жар полуденных снов
выходит на берег, скрывается в море
1994-1996

ров вокруг города

речная вода пребывает во мне
сколько ласточек
этих степенных ученых
над землею под небом?
ряды стульев
начнется шествие ночи
я бросил учебу
у циферблата
забрав шестерню
старея я
как ивы ухожу в сны
для забвенья ворота этого города
будут открыты всегда
золото яблок
девушки больше не соблазнятся
наживкой созвучий
в облаках великий умерший
пробует выудить нас
1997-2000

роза времени

когда стерегущий уснет
ты и шторм обернетесь
в объятиях увядает она
роза времени

когда птицы в полете очертят небо
ты посмотришь в закат
в исчезающем проступает она
роза времени
когда нож искривится в воде
ты под звуки флейты перейдешь через мост
среди сговора плачет она
роза времени
когда кисть подведет горизонту черту
ты очнешься с ударом восточного гонга
раскрывается в эхе — это она
роза времени
зеркало знает только сейчас
— дверь уводящую в новую жизнь
дверь отворяется в море
роза времени
2001-2008