Даша

Дорогая, бесценная Даша,
Из культурной столицы пишу,
В боевых* в том году покуража
И свою взяв осколков маржу.

Поустав в том. Пишу втихомолку,
Стиснув зубы. Я так не сдаюсь.
Вспомнив, как мы общались недолго
И, когда вы уехали - грусть.

Что намедни обратно приходит,
Водит в белых ночах хоровод
И по слякотной здешней погоде
В рябь каналов цепляет подвод.

Тпру! Кричу я допёкшему сплину,
Не зацепишь меня насовсем,
Как цепляла улыбка любимой,
Как разил глаз чарующих плен.

Как цвели ароматом каштаны,
Вечер щедро вскрывал небосвод,
Как я близкою нежностью пьяный
Отрекался невольных забот

Как дышал нараспев полной грудью,
Как на млечные звёзды смотрел
И на месяца ясное блюдо,
И на вас, как я это умел.

Были краткими эти мгновенья,
Но живучими в долгой гряде
После встречи счастливых забвений,
Где светился заветный удел

Только свет неожиданно разный
Может ярко судьбу озарить,
В передрягах военных оказий
Мне сулилось быть может не жить

Мне сулилось быть может бояться
Позабыть свою радость навек -
Бездыханною горстью валяться
На меже боевых лесосек

Мне сулилось... И кем-то твердилось -
Ты не выживешь в адском огне,
Только видно Всевышнего милость
Жить дала вопреки Сатане

И горела безумьем атака
Залупивши судьбу под откос,
Где кровякою горькою харкал
На повалах распятых берёз.

До погибели самую малость
Не дошёл мой проложенный след,
Потому-то лихая усталость
На висках подменила мне цвет.

Да душа горемычная тоже
Стала цветом каким-то другим,
Так война человека корёжит
И крадущийся с подлостью сплин.

Рассмеятся, зайтись бы весельем,
Раззадорить стихающий пыл,
Да в больничной набеленной келье
Спёртый воздух туманом застыл

С ним и я стыну верно помногу
В искаверканной злом кутерьме,
Потому поутру в верх дорогой
Сердце путь уготовило мне

Где оскаливши злато цыганка
На вокзале прилюдно рекла,
Возвращусь в отчий край ко пристанку
И увижу любовь, что была.

В боевых* - сокращённо "В боевых действиях".