Из цикла Роза ветров

Из цикла "Роза ветров"

Ален Бомбар

Корабли плывут - кто поручится,
                чем закончится их маршрут.
А в тепле кают, где едят и пьют,
                корабельный - а всё же уют.
Огоньки горят, слышно музыку
                и не видно ни зги за дождём,
но Ален Бомбар в лёгкой лодочке
                продолжает плыть за бортом.

Но Ален Бомбар в свой далёкий путь
                ни куска не взял, ни глотка.
В тело въелась соль, и нельзя уснуть,
                но страшнее всего тоска.
Корабли плывут, а в тепле кают
                снится дом родной морякам,
но Ален Бомбар в лёгкой лодочке
                продолжает плыть по волнам.

Наш большой корабль терпит бедствие,
                и до берега не дойдём.
Бьётся колокол, но не спрашивай
                почему звонит и по ком.
На земле, увы, нашей маленькой
                разделились мы пополам,
но Ален Бомбар в лёгкой лодочке
                продолжает плыть по волнам.

Век такой у нас, век такой у нас –
                что стучится в дверь молотком.
Отправляемся на работу мы –
                кто в автобусе, кто пешком.
Допою я вам эту песенку,
                и разъедемся по домам,
но Ален Бомбар в лёгкой лодочке
                продолжает плыть по волнам.





Эрик де Бишоп

                "Впереди океан, позади океан
                и куда ни гляди - океан"
                (Н. Панченко)

Между высотой голубых небес
                и прозрачной глубиною вод
с верой и надеждой мы уходим от земли
                - под ногами крепко сбитый плот.
Как прекрасно плыть через океан,
                парус неба с четырёх углов,
палубный настил, палубный комфорт,
                никаких покровов и оков.
Так и плыть - не стоять,
                полной грудью дышать,
 чтобы праведный курс сохранять,
в бесконечном пути фордевиндом идти,
горизонты в себе открывать.
      
    Впереди океан, позади океан,
    и куда ни гляди - океан...
    Но невиданный берег цветущей земли
    обещал показать капитан.

Нас теперь несёт мимо островов,
                и не можем управлять плотом.
Палуба в воде, болен капитан,
                нет надежды встречи с кораблем.
Плот погружается, и над водой
                только каюта видна,
на крыше каюты лежит капитан,
                и звёздами бездна полна.
Ни огней кораблей, ни холмов островов,
                и ничто нас теперь не спасёт...
Есть тяжелые волны да тёмный простор –
                в бесконечность уносится плот.

   Впереди океан, позади океан,
   и куда ни гляди - океан.
   Нет опоры в просторе, вода солона
   и бессилен больной капитан.

Лишь глаза закрыть - вот и берег твой,
                стайка лодок вьется на волнах,
в лодках сквозь прибой женщины плывут,
                сладкие плоды у них в руках.         
Белый парус был поднят над нашим плотом,
                а теперь это наш белый флаг.
Но не спит капитан, долго курит во мрак
                и сигналит другим, как маяк.

   И последней улыбкой на гребне волны
   все, что надо сказал капитан:
   что надежду и мужество не победит –
   океан, океан, океан...

Впереди океан, позади океан,
                и куда ни гляди океан… 




Джошуа Слокам

От Бостона до Глостера наш первый переход.
Меняем галс и делаем приличный разворот.
Маяк и остров Дир ещё нам надо обогнуть -
вот так и начинается наш кругосветный путь.

От Бостона до Глостера...  А ветер засвежел.
От Бостона до Глостера...  Но это не предел.
От Бостона до Глостера пройти всего чуть-чуть,
но здесь ведь начинается
                наш кругосветный путь.

От брызг сверкают радуги у носа корабля.
Прощай, моя любимая, прощай, моя земля.
Платочками и шляпами успели нам махнуть -
вот так и начинается наш кругосветный путь.

Весь в белоснежной пене корабль не подведёт.
А вот уже и Глостер, несёмся прямо в порт.
Нас лучшие приветствуют у пирса моряки.
Что нам идти до Глостера - какие пустяки!

От Бостона до Глостера - лишь первый переход.
Меняем галс и делаем отменный разворот.
Платочками и шляпами успеют нам махнуть -
вот так и продолжается наш кругосветный путь.