Червлёный омут

У брега, где ракиты склонились над тишиной,
Где омут червлёный таит неразгаданный сон.
Где наши, девы вод, шепчут тайны кручины,
Ведут хоровод, чуть касаясь перстами волны. —
 
Тамо месяц опальный роняет бледный венец,
И туман, яко саван, на тихие воды стелется.
Лишь всплеск отдалённый нарушит безмолвный покой,
Да иволги плач над поникшей у кромки ольхой.
 
Зри в глубину: тамо не рыбы — камение на дне,
Корни, яко змеи, застыли в немой тишине.
И тянет прохладой, и манит обманчивый свет —
То девы плетут из кувшинок серебряный бред.
 
Не слушай, прохожий, их тихий, тягучий напев,
Они увлекут, ледяные объятья сомлев.
Сокроют в чертогах, где время не точит гранит,
Где омут бездонный с русалочьей скорбью звенит.
 
И токмо ракита, склонясь, роняет листву,
На ту роковую, застывшую в полночь канву.
Идеже круг замыкают в лунной белея пыли,
Те руки, что в заводь тебя навсегда увлекли.