Стихи Т. 1 для французского альманаха русской лите

Стихи для  французского альманаха  русской литературы.
 Т.1 Довлатов в Париже,  2026 . С.119-126.    Фанталова Елена Борисовна

Душа

Душа отделена от тела
Не только в Небе — на Земле,
Куда случайно залетела
И оказалась в западне.

А западня — не только тело,
(Хотя оно — само собой!),
Из клетки тленного удела
Душе не выбраться самой.

Она — как птица, бьется, бьется,
В молитвах просит: «Отпусти…»,
А жизнь сполна над ней смеется
И сводит счеты за грехи.

И замолкает, словно птица,
В земном плену, в земных клещах.
Смиряясь, прекращает биться
Уже уставшая душа.

Но в молчаливом ожидании
Ей подается Божий глас:
— Испей земное. В оправданье
Получишь жизнь на небесах!
L’;me

L';me est s;par;e du corps
Pas seulement au Ciel – sur terre,
O; elle s’envola accidentellement
Et se retrouva dans un pi;ge.

Et le pi;ge n’est pas seulement le corps
(M;me si c’est le cas, bien s;r!),
L’;me ne peut pas s’;chapper de la cage
De son sort p;rissable par elle-m;me.

Elle est comme un oiseau, elle bat et bat,
Elle demande dans ses pri;res: « L;che prise… »,
 Et la vie se moque d’elle en pleine figure
Et r;gle ses comptes pour ses p;ch;s.

Et se tait, comme un oiseau,
en captivit; terrestre, dans les pinces terrestres.
En r;signant,
L’;me d;j; fatigu;e cesse de battre.

Mais dans une attente silencieuse,
La voix de Dieu lui parvient:
– Bois tout ce qui est terrestre.
Dans la justification, ег recevrфы la vie au ciel!


Посвящение  Рене  Декарту
 
Мне он запомнился в те годы
Студенческих и юных лет:
Ростки души давали всходы,
Декарт их вытащил на свет.
 
«Субстанция души отдельно
Живет в родном своем гнезде»,
Она нетленна, беспредельна,
Свой дом имеет и во мне.

 «Я мыслю, значит — существую», —
Декарт сумел нам донести.
А дальше? Дальше не вслепую
Могла по жизни я идти.

Чего-то меньше я боялась,
Как Бога обрела  ладью,
И никогда не сомневалась,
Что душу чувствую свою.

В жизнь пролетевшую, глухую
Я добавляю пару строк :
« Раз я ДЫШУ, то СУЩЕСТВУЮ,
Декарт же  — вечный мой пророк»

D;dicace ; ren; descartes

Je me souviens de lui depuis ces ann;es-l;. 
Les ann;es ;tudiantes et jeunes:
Les pousses de l';me germ;rent,
Descartes les mit en lumi;re.

“La substance de l';me est s;par;e
Et ainsi elle vit dans son nid natal”
. Elle est incorruptible, sans limites
 Il a aussi sa maison en moi.

“Je pense, donc je suis” –
Descartes r;ussit ; nous transmettre cela. 
Et apr;s? Plus jamais aveugl;ment
Je pourrais traverser la vie.

J'avais moins peur de quelque chose,
 Comment le bateau je trouvai Dieu,
Et je n'avais jamais dout;,
Que je sens mon ;me.

Dans la vie qui s’envola, sourde
J'ajoute quelques lignes:
“Une fois que je respire, j'existe,
Descartes est mon proph;te ;ternel.”


           Скит

  На полке образ Богородицы,
Глядящий в таинстве ночи.
Распятие. Святая Троица.
Две лавки. Стол и три свечи.

Единственно, что есть, единственно,
Нам в этой жизни ( а не в той) –
Небесный дух ночи таинственной,
Летящий в келью под звездой.

Вслед за закатом дня усталого –
Уединение в ночи
И отблеск света небывалого
У догорающей свечи.

И, может быть, еще единственно,
О чем я вспоминаю впредь, -
Лампада в сумраке таинственном…,
Но суждено ей догореть.

Skite
 
Sur l';tag;re, il y a une image de la Vierge Marie,
 Qui regarde sur le myst;re de la nuit.
La crucifixion. Sainte Trinit;.
Deux bancs. La table et trois bougies.

La seule chose qui existe, la seule chose,
Que nous avons dans cette vie (et pas dans la suivante) –
L’esprit c;leste de la nuit myst;rieuse,
Qui vole vers la cellule sous l';toile.

Apr;s le coucher du soleil d’une journ;e fatigu;e –
 Il y a la solitude dans la nuit,
Et une lueur de lumi;re sans pr;c;dent
 Pr;s de la bougie allum;e.

Et peut-;tre la seule chose qui reste,
Ce dont je me souviens ; partir de maintenant, c'est,
 Une lampe dans le cr;puscule myst;rieux...
Mais il est vou; ; l’;puisement.


Звезды

Я помню звезды над скитом
Сверкали в бездне темной ночи,
На одинокий скитский дом
Небесные смотрели очи.

Уж было заполночь. Давно
Задули свечи после службы.
Но сердце знало: не дано
Увидеть крест созвездий Южный…

Стоял ликующий небосклон,
Исполнен Божья просветленья,
Звезда следила за скитом
И скит внимал ее свечению.

И век хотелось предстоять
Под этим звездным скитским светом,
Но вскоре начало светать
И я ушла перед рассветом.

Les ;toiles

Je me souviens que les ;toiles au-dessus du skite
Scintillaient dans l'ab;me de la nuit noire,
Des yeux c;lestes regardaient
La maison solitaire du skite

Il ;tait d;j; minuit pass;.
Les bougies furent souffl;es il y a longtemps apr;s le
service.
Mais le c;ur savait: il n’;tait pas donn; de voir
La constellation: La croix du Sud…

Le ciel ;tait jubilatoire,
Rempli de l'illumination de Dieu,
 L';toile regardait le skite,
Et le skite ;coutait sa lueur.

Et je voulais rester pour toujours
Sous la lumi;re de cet skite ;toil;,
Mais bient;t il commen;a ; faire jour,
Et je partis avant l'aube.



    А лилии все цвели…
 
А лилии все цвели. Недалеко от кельи
Благоуханный лился аромат,
И, словно звезды, сквозь просветы елей
Смотрели на пурпуровый закат.

А лилии все цвели. Хотя не предвещало
То лето добрых знаков для меня,
И августовским холодом дышала
Скатившаяся слезная струя.

А лилии все цвели. И словно говорили,
Пытаясь убедить в безмолвии скита,
Что мир весь — суета, он состоит из пыли,
А Высшее таит лишь лилии звезда.

Et les lys continu;rent ; fleurir...

Et les lys continu;rent ; fleurir. Non loin de la cellule
Un ar;me parfum; coulait,
Et, comme des ;toiles, ; travers les trou;es des sapins
Ils regardaient le coucher de soleil violet.

Et les lys continu;rent ; fleurir. Bien que cela ne pr;sageait rien
Cet ;t; de bons signes pour moi,
Et elle respirait le froid d'ao;t
Un flot de larmes coula.

Et les lys continu;rent ; fleurir. Et c';tait comme s'ils disaient:
 En essayant de convaincre dans le silence de l'ermitage,
 Que le monde entier ;tait vanit;, qu'il ;tait fait de poussi;re,
 Et le Supr;me ne cachait que l';toile du lys.


Жерар  Филип

Любимец века, в фильмах отраженный,
Любви, весны и юности герой,
Талантом свыше щедро наделенный
В сердцах людей остался он живой.

Актерский  дар ему легко позволил
Впитать многообразие ролей,
Он быстро тонкость образов усвоил,
Стремясь отдать их зрителям скорей.

А в жизни был серьезен и прохладен,
Приблизился лишь к той, кого любил,
Хотя игрой на сцене был прославлен,
Влюбленных души вскоре покорил.

Однажды он воскликнул : «Я —  не ангел,
А человек до глубины земной,
Игрок я только на актерском фланге,
А дома остаюсь самим собой».

Отмерив красоту земным началом,
Улыбку обаяния на лице,
Господь не попустил ему быть старым,
Оставив только молодость в конце.

G;rard Philippe

Le chouchou du si;cle, refl;t; dans les films,
Le h;ros de l'amour, du printemps et de la jeunesse,
G;n;reusement dot; de talents venus d'en haut,
Il est rest; vivant dans le c;ur des gens.

Son talent d'acteur lui facilita la t;che
D’absorber la diversit; des r;les,
Il saisit rapidement la subtilit; des images,
En essayant de les donner au public le plus rapidement possible.

Mais dans la vie, il ;tait s;rieux et cool,
Il se seulement rapprocha de celle qu'il aimait,
Bien qu'il f;t c;l;bre pour ses performances sur sc;ne,
Il rapidement conquit l';me des amoureux.

Un jour, il s’exclama: “Je ne suis pas un ange,
Mais je suis l'homme jusqu'aux profondeurs de la terre,
Je suis un joueur uniquement du c;t; acteur,
Et ; la maison, je reste moi-m;me.”

En ayant mesur; la beaut; avec le principe terrestre,
Un sourire de charme sur son visage,
Le Seigneur ne lui permit pas de vieillir,
Il laisse sa jeunesse ; la fin.


Дом под деревьями

Мне вспомнился «Дом под деревьями»,
Французского фильма сюжет,
В душе жил он будто под перьями,
Открыла вчера интернет.

Чуть мрачно плывет освещение,
А фильм уж полвека прожил,
Герои все в тех же мгновениях ,
Филипп и уставшая Джил.

Начало — в  любви, в продолжении —
Тернистость в научном  пути,
Угрозы, детей похищение,
В подвале Патрик и Кати.

Но как-то внезапно за стенами
Патрик револьвер отыскал,
Оживший талант Рене Клемана
Спустился в тот детский подвал.

Что тянет в тот дом под деревьями? —
Сказать однозначно нельзя,
Любовь не исчезла под перьями —
Романтики вечной стезя!

La maison sous les arbres
 
Cela m'a rappel; “La maison sous les arbres”
L’intrigue du film fran;ais,
Dans son ;me il vivait comme sous des plumes,
J'ouvris l’Internet hier.

L';clairage flotte un peu sombrement,
Et le film a d;j; v;cu un demi-si;cle,
Les h;ros sont tous dans les m;mes moments,
Philippe et Jill fatigu;e.

Le d;but est amoureux, la suite continue
Il y a un chemin ;pineux de la science,
Des Menaces, l’enl;vement d'enfants,
Patrick et Katie sont au sous-sol.

Mais d'une mani;re ou d'une autre, soudain, derri;re les murs
Patrick a trouv; le revolver,
Le talent renouvel; de Ren; Cl;ment
Est descendu dans le sous-sol des enfants.

Qu'est-ce qui m’attire dans cette maison sous les arbres? –
Il est impossible de le dire avec certitude,
L’amour n’a pas disparu sous les plumes –
Il y a le chemin ;ternel de la romance!


Зимний свет, на опал похожий

Зимний свет, на опал похожий,
Проникал в клубы снежной пыли.
Дни каникул.  Мы были моложе,
Бесшабашно по полю брели.

Помню таинство русской глубинки,
Над  Окой пробегающую даль,
Скрип шагов по глубокой тропинке
И снегов бесконечную шаль.

Беззаботность пронизывала душу,
И на спуске прибрежной горы
Упоительно было  нам слушать
Струны ветра  из зимней игры.

Жизнь казалась воздушной, безбрежной,
Не тянуло идти в города,
Радость светлую юности нежной
Раздавала любовь в те года.


Lumi;re hivernale, telle l'opale

Lumi;re hivernale, telle l'opale,
P;n;trait dans les nuages de poussi;re de neige.
Les jours de vacances. Nous ;tions plus jeunes,
Nous errions sans r;fl;chir ; travers les champs.

Je me souviens du myst;re de l'arri;re-pays russe,
De la distance parcourue sur l'Oka,
Du grincement des pas sur un sentier profond
Et du ch;le de neige sans fin.

L'insouciance impr;gnait l';me,
Et sur le flanc de la montagne c;ti;re,
C';tait un plaisir pour nous d';couter
Les cordes du vent provenant du gibier d'hiver.

La vie semblait a;rienne, sans limites,
Il n'y avait aucune envie d'aller ; la ville,
 L’amour donnait la joie ;clatante
De la tendre jeunesse de ces ann;es-l;.


Бледно-белое солнце

Бледно-белое солнце над мостовой,
И лицо каменеет от холода,
Время  Святок морозной летит чередой
Сквозь туманы притихшего города.

В перламутре небесном — сплетение ветвей,
Тихо-тихо  и холодно-холодно,
Но тревожно кричит во дворе воробей,
Сообщает, что жить ему голодно.

И душа лишь взлетает больной сиротой,
Услыхав воробьиные жалобы,
И, пронзенная давней, прошедшей мечтой,
Видит теплое море и палубу.

Как же хочется ей к воробью прилететь,
Прикоснуться и лаской, и нежностью,
Накормить из ладони и сердцем согреть
Под пришедшей с небес безмятежностью.

Soleil blanc p;le

Il y a le soleil blanc p;le sur le trottoir,
 Et le visage se p;trifie de froid,
Le temps glacial de No;l file ; toute allure
; travers les brouillards de la ville silencieuse.

Dans la nacre du ciel – il y a l'entrelacement des branches,
Il est silencieux, silencieux et froid,
Mais un moineau crie anxieusement dans la cour,
Il informe qu'il a faim.

Et l';me s'envole comme une orpheline malade,
En ayant entendu les plaintes du moineau,
Et, transperc;e par un vieux r;ve r;volu,
Elle voit la mer chaude et le pont.

Comme elle voudrait voler vers le moineau,
Pour le toucher avec caresse et tendresse,
Pour le nourrir du creux de sa main et le r;chauffer de son c;ur,
Sous la s;r;nit; venue du ciel.


Все звуки, и звуки, и звуки….

Все звуки, и звуки, и звуки,
И отблески старых теней,
И снова живу я в разлуке
С прошедшею жизнью моей.

А память подбрасывает виды
Той первой любви бытия,
И в свечи ее панихиды
По-прежнему вглядываюсь я.

И ветер осенней порою
Все также листвою шуршит,
То волком голодным завоет,
То вдруг под дождем замолчит.

Как время летит быстротечно,
И дождь омывает следы,
Но прошлое кажется вечным
Мне в облаке белой мечты.

Вновь голову ввысь поднимаю,
Стою, не спеша горевать,
В наивности детской мечтаю
Я синюю птицу поймать.

Seulement les sons, et les sons, et les sons...

Seulement les sons, et les sons, et les sons,
Et les reflets des vieilles ombres,
Et de nouveau je vis s;par;e
De ma vie pass;e.

Et la m;moire me rappelle des images
De ce premier amour de l'existence,
Et je contemple encore les bougies de ses fun;railles
Comme avant.

Et le vent d'automne
Fait encore bruisser les feuilles,
Parfois il hurle comme un loup affam;,
Et parfois il se tait soudain sous la pluie.

Comme le temps passe vite,
Et la pluie efface les traces,
Mais le pass; me semble ;ternel
Dans un nuage de r;ves blancs.

Je rel;ve la t;te,
Je me tiens debout, sans me pr;cipiter pour pleurer,
Dans une na;vet; enfantine, je r;ve
D'attraper un oiseau bleu.


Гранатовый цвет муската

Гранатовый цвет муската
Собою память разбудил,
Свет крымский алого заката
Блеснул на спуске у перил.

Дул легкий ветер над волнами,
Мерцали блики на воде,
Вечерний луч светил над нами
В прибрежной каменной среде.

Морское дальнее сияние
Охватывал ленивый взор
И в час закатный догорания
Был слышен тихий разговор.

Уже не волновалось море,
Покой испытывала душа,
И, вещи забирая вскоре,
Мы шли по гальке не спеша.

То сокровенное блаженство
В пластах минувшего живет,
Природы дивной совершенство
О тайнах вечности поет.

Couleur grenat du muscat

Couleur grenat du muscat 
R;veilla le souvenir,
La lumi;re crim;enne du coucher de soleil ;carlate
Scintilla dans la descente pr;s de la rambarde.

Un vent l;ger soufflait sur les vagues,
 Des reflets scintillaient sur l'eau,
Un rayon du soir brillait au-dessus de nous
Dans l'environnement rocheux c;tier.

L';clat lointain de la mer
Enveloppait le regard paresseux,
 Et ; l'heure du coucher de soleil,
Une conversation tranquille se fit entendre.

La mer n';tait plus agit;e,
L';me sentait la paix,
Et, en prenant bient;t nos affaires,
Nous marchions lentement le long des galets.

Ce bonheur secret
Vit dans les couches du pass;,
La merveilleuse perfection de la nature
Chante les secrets de l';ternit;.

А жизни линия в любви

А жизни линия в любви
И складывалась, и тянулась,
Омытое в людской крови
Ранение не затянулось.

Душа исправно поняла:
Забвение — лекарь и подарок,
Послушно сердцем приняла
Тех чувств волнующих огарок.

Она смирилась и плыла
В заботах скучных мироздания,
В молитве каждый день жила,
Надмирность чувствовало сознание.

Ей стало легче пребывать
В отшествии от мирской прохлады,
Как вдруг однажды время вспять
Сняло запретную ограду.

Назад к истоку, к той любви
Душа невольно потянулась.
Случайно встретив визави
Истерзанной к нему вернулась.

А он давно о ней забыл
И не  страдал от созерцания
Души, которую пронзил
В метро, оставив без внимания.

Что  остается ей теперь?
И как закрыть былую рану?
Забился в сердце прежний зверь,
Тот, что привел ее к обману.

 Его успехов параллель
 Ее уже не волновала,
 Но та любовная метель
 К сокрытой тайне призывала.

Et la ligne de vie dans l’amour

Et la ligne de vie dans l’amour
Se formait, et s';tirait,
Lav;e de sang humain,
La blessure ne gu;rit pas.

L';me comprit correctement:
L'oubli est un gu;risseur et un don,
Elle accepta docilement avec le c;ur
Le r;sidu de ces sentiments exaltants.

Elle se r;signa et flotta
Dans les soucis ennuyeux de l'univers,
Elle vivait chaque jour en pri;re,
La conscience ressentait la transcendance.

Il lui devint plus facile de rester
;loign;e de la froideur du monde,
Comme un jour soudain, le temps revint
 Et il enleva la barri;re interdite.

Retour ; la source, ; cet amour
L';me se tendit involontairement.
En ayant rencontr; par hasard un vis-;-vis,
Elle retourna ; lui tortur;e.

Et il l'avait oubli;e depuis longtemps
 Et ne souffrait pas de contemplation
De l';me qu'il avait transperc;e
Dans le m;tro, en partant sans attention.

Que lui reste-t-il maintenant?
Et comment refermer cette vieille blessure?
 La vieille b;te se mit ; battre dans son c;ur,
 Celle qui l'avait conduite ; la tromperie.

Le parall;le de ses succ;s
Ne l'inqui;tait plus,
Mais cette temp;te d'amour
L'appelait vers un secret cach;.


Давай  окно  откроем

Давай окно откроем, помолчим,
За ставнями прольется запах розы,
Лучистый свет как белый Серафим
Нас уведет от тяготы угрозы.

В дыхании свежесть утра ощутим
И чистые воздушные мгновенья,
И легкой птицей к свету полетим,
Преодолев земное притяжение.

И сидя у  открытого окна,
Представим себе жизнь совсем иною,
Как сказку из волнующего сна,
Приснившегося  раннею  весною.

Идем по полю тихо, не спеша,
Взор тянет к светлым далям горизонта,
Я —  без вещей, поет моя душа,
В твоих руках — дорожная котомка.

Распахнутость, свобода и любовь,
Слова излишни, бессловесность лучше,
Весне навстречу молодая кровь
Вскипает  в ожиданьи  неминучем.

Пожалуй, все. Исчерпан вещий сон.
Пусть сохранит его немая память,
И пусть весною колокольный звон
Как эхо той любви опять нагрянет.

Ouvrons la fen;tre

Ouvrons la fen;tre, restons silencieux,
Le parfum des roses se r;pandra derri;re les volets,
 Une lumi;re radieuse, telle un s;raphin blanc,
Nous ;loignera du fardeau de la menace

Nous sentirons la fra;cheur du matin dans notre souffle
Et des instants de pure l;g;ret;,
Et volerons tel un oiseau l;ger vers la lumi;re,
 En surmontant la gravit;.

Et, assis pr;s de la fen;tre ouverte,
Nous imaginerons une vie compl;tement diff;rente,
 Comme un conte de f;es issu d'un r;ve exaltant,
R;v; au d;but du printemps.

Nous traversons le champ tranquillement, sans h;te,
Notre regard est attir; par les lointains lumineux de l'horizon,
Je suis sans rien, mon ;me chante,
Dans tes mains il y a un sac de voyage.

L’ouverture, la libert; et l’amour,
Les mots sont superflus, mieux vaut se taire,
Le sang jeune bouillonne
Dans l'in;vitable anticipation du printemps.

C'est peut-;tre tout. Le r;ve proph;tique est ;puis;.
Que le souvenir silencieux le pr;serve,
Et que le tintement des cloches du printemps, 
Comme un ;cho de cet amour, revienne

Переводчик Екатерина Бородулина