Сердце знает путь

Жил в озере Карельском молодой бобёр по имени Луми. Пришёл он после стройки большой плотины к родной хатке и говорит маме Мане и папе Пакко:
— Пора мне путь держать в места другие. Захотел я мир увидеть, да другой древесины попробовать.
Поддержали его решение родители, благословили сына на дорогу новую. Собрал Луми в берестяной туесок коры берёзовой, веточек разных, щепы еловой в путь-дорогу. Поцеловал маму с папой в мокрые носы и побрел через лес.

Долго шёл, лапы сбил, а природа всё кругом такая же: сосны мхом поросли, вода в озёрах синяя-синяя. Понял тут Луми, что плыть надо. Нашёл дуб крепкий, вековой, принюхался к нему и начал зубками своими острыми у основания подгрызать.
Дерево пошатнулось, заскрипело и рухнуло только под утро. Три дня и три ночи трудился без устали умелый бобр, сделал себе настоящую долблёную лодку, весло смастерил из коряги удобной и отправился на ней в своё путешествие к местам новым.

День плыл, другой и третий, но кругом всё одинаковое: и озёра круглые, как чаши, и деревья высокие шумят. Уже думал разворачиваться и обратно домой грести. Но тут стал Луми не только вперёд смотреть, а по сторонам оглядываться. И заметил, что виды меняются: деревья кругом совсем другие виднеются. Как ему родители рассказывали, когда он совсем малыш ещё был. Это он попал в Мурманскую область. Тут впервые увидел он ель сибирскую тёмную, берёзу карликовую стелющуюся, полярную иву серебристую и другие древесные растения. Только холоднее и суровее тут климат был, ветер пронизывал до костей, только память о доме родном и родителях его грела. Напился тут бобр воды вкусной, талой, и наелся разных новых пород, какие нашёл.

Скучно только ему тут и тоскливо, не хочется совсем оставаться, словно тянет душу в края родные. Плывёт он вдоль берега, думы разные думает, а тут плотину огромную впереди приметил. Подплывает ближе и видит: сидит на ней бобриха молодая, шубка у неё светлая, северная, глаза бусинками чёрными горят. Как увидел её Луми — сразу влюбился. Она глянула на него, а тот от волнения так дёрнулся, что свалился со своей лодочки самодельной прямо в ледяную воду. Выбрался он на берег, фыркает, а бобриха смеётся звонко, хвостом по воде шлёпает и к нему подплывает.
И спрашивает:
— Ты тут новенький? А то гляжу, шерсть у тебя цвета другого, тёплая, южная, и не плавают у нас бобры на лодках. Умный какой!
Отвечает ей Луми:
— Да, уплыл я из родных мест своих. Хотел мир увидеть, да древесины укусить, какой раньше не ел.
Посмеялась она от такой дивной истории и говорит:
— Меня Лея зовут. А меня Луми представился бобр, поклонившись низко. Видно со стороны, как они друг другу понравились сразу. Пригласила она его в просторную хатку к родителям своим знакомиться. Гостил он у них три дня и три ночи.

Лея с родителями обнимается, ластится, целуется, как в последний раз, и говорит им:
— Любовь у нас с Луми великая случилась. Искал он земель новых, а в итоге меня нашёл. Значит, судьба такая.
Мама её от радости слезинку лапкой вытерла, папа подошёл к ним, по плечу похлопал мудро и начали они прощаться. Через три дня к вечеру приплыли Луми и Лея на лодочке к Мане и Пакко знакомиться.

Тут уж родители пир устроили такой, что все звери с округи пришли: и выдры, и ондатры, и старый лось заглянул, и даже медведь Потапыч медку липового принёс. Свадьбу вскоре сыграли громкую, но скромную, по законам предков. Родители Леи приехали в Карелию на свадьбу, да так им тут понравилось — воздух сладкий, рыба жирная, леса грибные — что жить тут остались. Прорубили себе нору рядом, обустроились.

Стало у озера три хатки стоять рядышком: две родительские и одна молодых. Искал бобёр места для себя новые, а любовь великую обрёл. Так вот и маленьких бобриков скоро нарожали — смешные были, неуклюжие, носики розовые, сами пушистые. Катаются клубками, мамке с папкой во всём помогают.

А старики на берегу сидят, греются на закатном солнце и приговаривают: от судьбы, детушки, не уйдёшь. Не зря ведь сердце юное искало то, о чём само и не знало. С тех пор в том озере живут два рода бобров — Карельский и Мурманский, крепко дружат и вместе такие плотины возводят, что реки вспять поворачивают.