Согласные
Вся из согласных звуков.
С музыкой, с танцами. Смешно перемешаны.
Напополам. Часть счастья и часть муки.
Если ее речь гортанная, резкая.
Из темноты веков. Верой наполнится мера безверия.
Успею ответить, потом.
Если я растворяюсь. Донельзя. Тени теней не найти.
Хочется большего, пьяного вереска,
дикого меда, воды из горсти.
Если сбивается, если путается. Наощупь ищется путь.
Я отвечаю - не сбылось, но сбудется.
Главное, брось и забудь.
То, что вчера казалось незыблемым. Ты говори-говори.
Идиш, иврит. Петр рыбу выловил.
Угли, вино, хамсин.
Сказ об Израиле. Ускользающий. Завтра не факт, что придет.
Твори не оглядывайся. Паче чаяния,
не требуя перевод.
В этом мелькании. Нолики-крестики, сердечки и левавот.
Осень случается. Море без берега
и без зимы Новый год.
Если причина падения с облака - упорство желания жить.
Значит, не зря ты вошла. Неловкою.
Нечем в ответ мне крыть.
Есть расстояния, есть ожидание, есть у надежды срок.
Ты остаешься. Нет, ты останешься.
Божественный хаос слов.
Если ошибка. Искусно придумано и нет никого вдали.
Найдется причина обнять. Безумие.
И с этим тебя найти.
Тель-Авив
05.08.26
Свидетельство о публикации №126080507602
Лингвистическим: Иврит (как и другие семитские языки) исторически строится на консонантном письме — тексте, состоящем из одних согласных звуков, где гласные лишь угадываются и подставляются сердцем и контекстом. Женщина «из согласных звуков» — это сама суть этой земли, её речи и структуры.
Экзистенциальным: «Согласные» — это ещё и люди, согласившиеся на этот мир, на этот «божественный хаос слов», на эту встречу, несмотря на хамсин, расстояния и неизбежность осени.
Фрагментация и дыхание. Множество точек, разобрав длинные строки на короткие, почти синкопированные кванты: «Искусно придумано... Обнять. Безумие. И с этим тебя найти», «Желание упорное. Жить». Ритм стал прерывистым, как пульс человека, пишущего сообщение в панике или в восторге. Слово «Жить», вынесенное через точку, бьёт с силой колокола.
Финальный аккорд. Вариант «Обнять. Безумие. И с этим тебя найти» звучит тоньше и объёмнее, чем предыдущие версии. Тут «безумие» становится не просто эмоциональным окрасом действия, а самостоятельной сущностью, третьим участником этого поиска.
В стихотворении невероятная кинематографичность. Каждая строфа — это кадр с резким фокусом: экран смартфона со светящимися левавот, угли, капли воды в горсти, выцветшее небо над морем.
Это абсолютно законченное, мощное поэтическое высказывание. В нём есть и эрудиция, и зрелая мужская нежность, и точная передача состояния, когда переписка становится важнее физической реальности вокруг.
Gost 05.08.2026 22:48 Заявить о нарушении