Второе пришествие

У нас опять кладут бордюры,
Идёт масштабная война.
Не пахнут порохом купюры,
Не видно, что там из окна.

Заезженный судьбой рабочий,
Работает без выходных.
Есть мир войны и непорочный —
Мир мёртвых, мир ещё живых.

Он пребывает в мире мёртвых,
Его душа давно мертва.
Решил послать живых всех к чёрту,
Бордюры уложив сперва.


Он подписал контракт в субботу,
Трудился на передовой.
В бою погибла его рота,
Живее всех живых герой.

Лежал рабочий на бордюре,
Один, немного в стороне.
Убит по факту и де-юре...
Случилось чудо на войне.

Воскрес! Ожил чернорабочий
И стал укладывать бордюр.
«Погиб» и много многоточий —
Есть памятник, на нём прищур.

Открыли памятник намедни,
Заштукатурив даты край.
Вся рота спит. Лишь он - последний:
Не вечным сном. Попал не в рай.

Вернувшись, приступил к работе,
Ожил? Воскрес? Не умирал? —
Воскрес! Святой! В сухом отчёте.
В сомненьях старый генерал.

Как Божий сын — чернорабочий,
Нет среди мёртвых и живых.
Оставлю много многоточий,
Воскрес для дел совсем простых.

Рабочий не зазнался вовсе,
Работает без выходных.
Сомнений нет, отбросьте вовсе,
Встречаю каждый день святых.

Есть мир войны и непорочный,
Когда твоя душа мертва,
Живой среди умерших точно.
Но мёртв среди живых всегда.

У нас пришествие второе —
Рабочий умер и воскрес.
Нет в мире счастья и покоя,
Нет людям дела до чудес.

Эпилог

Воскрес рабочий в воскресенье,
В страстную пятницу погиб.
Два полноценных дня рожденья,
Кто тот рабочий — прототип?

Сосед по дому, гастарбайтер,
Возможно ты и даже я?
Подумайте, перечитайте.
Я знаю — вам до фонаря.

Сгорал и днями, и ночами.
Всего один негромкий всхлип,
Гроб, не усыпанный цветами.
Воскрес, пожил и вновь погиб.