Басня Плот и стадо

В некотором стаде, не обременённом интеллектуальными излишествами, созрел революционный план: переплыть бурную реку ради мифически лучших пастбищ. Вожак, мужчина решительный и крайне конкретный, не стал утруждать себя тактикой. Он издал боевой клич: «Погнали, братцы, все в воду!» — и первым продемонстрировал классный прыжок.
Стадо, свято чтущее принцип «делай как я», ринулось за ним с энтузиазмом, достойным лучшего применения. Однако водяная стихия оказалась дамой с характером: она разметала пловцов по камням, закрутила в воронки и быстренько вернула уцелевших обратно — мокрых, голодных и глубоко разочарованных в гидродинамике.
Над этой эпопеей, сидя на суку, каркал старый Ворон — классический интеллигент-наблюдатель, который всё знает лучше, но предпочитает учить с дистанции.
— Эх вы, саранча копытная, — изрёк он с противной ноткой превосходства. — Прежде чем орать «ура» и шлёпаться в пучину, стоило бы соорудить плот. Но для плота, увы, нужны мозги, чтобы связать брёвна. А чтобы вязать узлы, надо было, дорогие мои, не рогами бодаться, а смиренно поучиться у тех, у кого руки из нужного места растут.
В стаде, оглушённом убийственной логикой, призадумались. Нашли-таки терпеливого строителя, выучили-таки ремесло, сплели-таки конструкцию и — о чудо! — переправились всей толпой, дружно и без потерь, гордясь своей сплочённостью ровно до тех пор, пока не поняли, что пастбище по ту сторону такое же зелёное, как и по эту.
Мораль:
Без тренировки серого вещества и воспитания силы воли коллективная цель так и остаётся стадным гипнозом. Перемена общего начинается с лёгкого шевеления извилинами каждого.
Правда, как показывает практика, до этой светлой мысли стадо обычно доходит только после того, как нахлебается воды.