Глава 8. Призрак

Дэн должен был вернуться через три дня.

Алиса считала часы. Она кормила двойняшек, укладывала их спать, смотрела в окно — и каждый раз, когда за поворотом появлялась машина, её сердце пропускало удар. Но это были не он.

Прошло пять дней. Потом — семь.

Она перестала спать. Перестала есть. Дети чувствовали её тревогу — плакали чаще, требовали внимания. Но она не могла дать им больше, чем уже давала, потому что внутри неё разрасталась пустота, которую не мог заполнить никто.

— Он обещал вернуться, — шептала она ночью, глядя на фотографию, где они стояли у той самой церкви в день свадьбы. — Он всегда возвращается.

Но на восьмой день в дверь постучали.

Алиса открыла. На пороге стоял незнакомец — высокий, худой, с пронзительными глазами, в грязной военной форме. На плече у него был какой-то странный шеврон, которого она никогда не видела. Он молчал несколько секунд, а потом сказал

— Вы — Алиса

— Да, — ответила она, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Что случилось Где Дэн

— Меня зовут Призрак, — сказал он. — Я его вытащил. Он жив.

Мир вокруг неё качнулся. Она схватилась за дверной косяк, чтобы не упасть.

— Жив — переспросила она. — Где он Что с ним

— Он попал под завалы. Шахед упал рядом с блиндажом. Он был внутри. Всех остальных не успели — они погибли сразу, но Дэн был в углу. Я услышал его дыхание под плитами. Я копал его минут двадцать.

Алиса смотрела на него, и слёзы текли по её лицу. Она не знала, что сказать. Она хотела обнять этого человека. Она хотела убить его за то, что он принёс эту новость. Она просто стояла и смотрела.

— Он без сознания, — продолжал Призрак. — У него пробита голова. Три перелома. Внутреннее кровотечение. Он в госпитале. Врачи говорят, что шансы пятьдесят на пятьдесят. Но он жив. Я его вытащил. Он дышит.

Алиса сглотнула. В груди болело так, будто туда вонзили нож.

— Я должна его увидеть, — сказала она. — Я должна быть рядом.

— Я отвезу вас, — сказал Призрак. — Но сначала вы должны кое-что понять. Я не просто так вас нашёл. Я знаю Дэна давно. И я знаю, что он говорил о вас. Он не хотел, чтобы вы его искали. Он хотел, чтобы вы жили. Чтобы растили детей. Это он просил меня, если с ним что-то случится. Передать вам. Но я решил, что вы должны знать правду.

Алиса смотрела на него, и в ней боролись две силы желание упасть на колени и разрыдаться, и желание быть сильной, ради детей, ради него.

— Он знал, что это может случиться, — прошептала она. — Он знал, но всё равно ушёл.

— Это была его работа, — сказал Призрак. — Вы и дети были его причиной возвращаться. А я был его причиной не умереть. Я — Призрак. И я всегда рядом, даже если меня не видно.

Алиса шагнула к нему и крепко обняла. Он не ожидал — немного напрягся, но потом обнял в ответ.

— Спасибо, — сказала она. — Спасибо, что вытащили его.

— Я просто сделал то, что должен был, — ответил он. — Но теперь вы должны быть сильной. Для него. Для детей. Вы справитесь

Алиса отстранилась, вытерла слёзы и посмотрела ему в глаза.

— Я справлюсь, — сказала она. — Я всегда справлялась. Потому что он — мой дом. И я не дам ему уйти. Не сейчас. Не после всего.

Призрак кивнул и указал на машину.

— Едем. В госпиталь. Я довезу вас, а потом — исчезну. Как и положено призраку.

Алиса взяла детей, собрала самые необходимые вещи и вышла из дома, даже не оглянувшись.

Она знала — Дэн выживет. Потому что у него было ради чего жить. И она была рядом.

Всю дорогу до госпиталя она сжимала руку дочки и гладила по головке сына. Они ещё не понимали, что происходит, но чувствовали, что мама волнуется. Лиза цеплялась за её пальцы, а Дэниел просто сопел в коляске.

— Всё будет хорошо, — шептала Алиса. — Ваш папа сильный. Он справится. Мы все справимся.

Призрак смотрел на неё в зеркало заднего вида и молчал. Он не умел утешать — он умел только вытаскивать людей из-под завалов, из-под пуль, из-под смерти. Но сейчас он видел женщину, которая была готова сражаться не с врагами, а за жизнь. И он знал — такие не сдаются.

Они приехали в госпиталь, и Алиса побежала в палату.

Она нашла его. Дэн лежал белый, как простыня, с трубками в руках, с повязкой на голове, с аппаратом, который помогал ему дышать. Глаза его были закрыты, лицо — безжизненное.

Но он дышал.

Алиса опустилась на колени у его кровати, взяла его руку — ту самую, что держала её тогда, в окопе, — и прижалась к ней лбом.

— Я здесь, Дэн, — прошептала она. — Я здесь. Я не уйду. Ты слышишь Ты обещал мне вернуться. Ты обещал детям. Ты должен сдержать слово.

Его пальцы чуть дрогнули. Она почувствовала это — то самое движение, которое могло значить всё или ничего. Но она выбрала верить.

— Я буду ждать тебя, — сказала она. — Столько, сколько нужно. Потому что ты — мой Дэн. И я люблю тебя.

За дверью стоял Призрак. Он смотрел на неё — как она держит руку Дэна, как шепчет ему слова, как не плачет, хотя внутри у неё разрывалось всё. Он знал, что таких, как она, на войне почти нет. И он знал, что Дэн выживет ради неё.

Он развернулся и исчез. Как и обещал.

А Алиса осталась. Она знала — это не конец. Это просто пауза перед новой главой.