Пёс

Уходит день, и снова пёс скулит,
Уставив в ночь тоскующие очи.
О, как же, как же одиноко ночью,
Когда весь божий мир спокойно спит.

А пёс один, совсем один, как перст.
Ушла хозяйка, и хозяин следом,
А Сашка снова позабыл с обедом,
И дела нет, ест он или не ест.

Спасибо, дождик целый день нудил
Водицы в плошку нацедил до края.
Скулит. О, как же он давно не лаял.
Нет лаять ни желания, ни сил.

Ошейник-то ослаб, ослаб совсем,
Пёс снял его почти что без усилий.
Ушли. Совсем. Его не отпустили.
Идти куда, когда не нужен всем?

Под утро заглянул в соседский двор.
Узнали. Хлеба вынесли пол булки.
Да, стыдно, взял, съел быстро в переулке,
А корочку засунул под забор.

На всякий случай. Как захочет, съест.
Нет, украдут сороки. В будку прячет.
Заначка – корка хлеба, много ль значит?
Здесь главное – хоть корочка, да есть.

И снова ночь, и снова пёс скулит.
Забрать его к себе никто не хочет.
Дни коротает так свои и ночи.
Один. Свободен. У цепи лежит.