Книга роман Королева 20 часть 12 глава

Анабель, открыв книгу, попыталась разобраться в непонятных символах — язык был древним и загадочным, словно скрывал какую-то тайну. Страницы книги были изношены временем, словно хранили в себе множество пережитых историй. Очевидно, что к ней относились с особой бережностью.

Рядом с ней сидела служанка, и воздух вокруг слегка охладился, словно предвещая дождь. Небо потемнело, и служанка с тревогой заметила: «Погода сегодня какая-то зловещая». У Анабель возникло странное предчувствие — книга казалась ей не совсем обычной.

Внезапно она заметила на одной из страниц алое пятно у края. «Что это?» — спросила служанка. «Похоже на кровь», — ответила Анабель. Возможно, графиня Изольда, когда-то читавшая эту книгу, поранилась. «Лучше отнесём её обратно в библиотеку», — предложила Анабель, осторожно держа том в руках.

«Сколько же жизней пережила эта книга», — задумчиво сказала она. «А какая разница?» — парировала служанка. «Почему?» — удивилась Анабель. «Ты ведь любишь графиню Изольду, не так ли? Или её страсть к тебе настолько сильна, что ты теряешь голову», — усмехнулась служанка.

Анабель улыбнулась в ответ: «Просто жизнь перевернула мою душу и судьбу. В этой книге столько силы и энергии, что я чувствую себя рядом с ней словно ребёнок». «В ней есть что-то мужское, сильное», — продолжала она. «Я словно тону в её нежных объятиях».

Служанка внимательно смотрела на неё и предупредила: «Твоя любовь может быть опасной». «Когда мне грустно, я стараюсь отвлечься», — призналась Анабель. «Хочешь, прокатимся на лошадях?» — предложила она.

«О, нет!» — испуганно ответила служанка. «Я боюсь лошадей». «Что ты, как трусливый кролик», — поддразнила её Анабель, беря её за руку и ведя к конюшне.

Слуга, заметив их, спросил: «Хотите, чтобы я приготовил лошадей?» «Мне нужна только эта», — указала Анабель на одного коня, — «а служанке — спокойная кобыла». «Нет, этот конь слишком опасен для вас», — возразил слуга. «Я люблю риск», — ответила Анабель.

«Чей это конь?» — спросила она. «Он принадлежит графине Изольде. Только она может с ним справиться», — объяснил слуга. Анабель подошла к животному, посмотрела ему в глаза, и конь фыркнул, показывая свой характер. Его чёрная шерсть напоминала тёмную бездну.

Она положила руку на его плечо, и голос её стал мягче, словно магия проникла в этот момент. Конь внимательно следил за её движениями. «Как его зовут?» — спросила Анабель. «У него нет имени», — ответил слуга. «Тогда я назову его Талисманом Жизни», — улыбнулась Анабель.

Служанка рассмеялась: «Вот это да, ты даже имя дала ему». Слуга принес уздечку, и когда лошади были готовы, служанка спросила: «Мы что, поедем в платьях?» «Поедем, как настоящие мужчины», — ответила Анабель. «Но этикет...»

«Забудь на время о правилах», — перебила её Анабель. Служанка села на кобылу, которая вздрогнула при её посадке. Анабель ловко уселась на коня,




несмотря на пышные юбки, которые лишь подчеркивали её решимость. Конь снова фыркнул, выпуская облачка пара из ноздрей, а его черная, как смоль, шерсть заиграла на солнце, отражая блики. Слуга лишь обреченно покачал головой, провожая взглядом двух дам, решивших пренебречь приличиями ради дикой скачки.

Анабель пришпорила коня, и тот, почувствовав уверенную руку, сорвался в галоп. Служанка, вцепившись в поводья до побелевших костяшек, едва успевала следовать за ней. Лес, раскинувшийся на многие мили, принадлежал графине Изольде, и в его густой чаще, казалось, скрывались тени прошлого, о которых шептались старые деревья.

— Мое сердце сейчас выпрыгнет из груди! — крикнула служанка, едва сдерживая слезы страха. — Господи, помилуй нас!

Кобыла, чувствуя нервную дрожь всадницы, старалась ступать мягко, но черный конь Анабель, напротив, словно вошел в раж. Он рвался вперед, игнорируя узду, и Анабель чувствовала, как мощные мышцы животного перекатываются под её ногами. В этот момент она ощутила странную связь с этим зверем — в его необузданности было что-то общее с той самой книгой, которую она оставила в замке.

Вдруг конь резко остановился, встав на дыбы. Анабель, не ожидавшая такого маневра, едва удержалась в седле, вцепившись в гриву. Впереди, среди сплетения вековых дубов, показалась фигура в темном плаще. Человек стоял неподвижно, глядя прямо на них.

— Кто это? — прошептала служанка, чья кобыла испуганно заржала и попятилась.

Анабель прищурилась. Фигура казалась до боли знакомой, но в то же время чужой. Ветер усилился, принося запах озона и сырой земли. Небо окончательно затянуло свинцовыми тучами, и первые тяжелые капли дождя застучали по листве, словно барабанная дробь, возвещающая о начале чего-то неизбежного.

— Изольда? — тихо произнесла Анабель, хотя голос её дрогнул.

Фигура медленно повернулась, и в полумраке леса блеснули глаза, холодные и пронзительные, как сталь. Конь под Анабель затих, склонив голову, словно признавая в незнакомце своего истинного хозяина. Анабель поняла: эта прогулка была не просто прихотью, а вызовом, который она бросила самой судьбе, и теперь судьба пришла за ответом.




Фигура медленно сделала шаг вперед, и тяжелый плащ, намокший от первых капель дождя, соскользнул с плеч, открывая стройный, властный силуэт. Это была графиня Изольда. Её лицо, бледное и спокойное, казалось высеченным из мрамора, а взгляд, устремленный на Анабель, был полон той самой пугающей силы, о которой та только что размышляла.

— Ты взяла то, что не предназначалось для чужих глаз, — голос графини прозвучал тихо, но он перекрыл шум начинающегося ливня, словно приказ самой природы.

Служанка, дрожа от ужаса, попыталась развернуть кобылу, но та словно приросла к месту, подчиняясь невидимой воле хозяйки леса. Анабель же, напротив, почувствовала, как страх сменяется странным, почти болезненным восторгом. Она соскользнула с седла на влажную траву, не сводя глаз с Изольды.

— Эта книга... она звала меня, — ответила Анабель, делая шаг навстречу. — В ней есть жизнь, которую я искала всю свою жизнь.

Изольда усмехнулась, и в этой улыбке не было тепла, лишь холодное признание. Она подошла к черному коню, который покорно склонил голову под её ладонью. Графиня провела пальцами по его гриве, и животное тихо заржало, словно приветствуя свою госпожу.

— Ты назвала его «Талисманом Жизни»? — Изольда перевела взгляд на Анабель. — Ты смелая, девочка. Но знаешь ли ты, что талисманы требуют жертв? Кровь на страницах — это не случайность. Это печать.

Дождь превратился в настоящий поток, превращая землю под ногами в вязкое месиво. Служанка, окончательно потеряв самообладание, вскрикнула и, бросив поводья, поскакала прочь, в сторону замка, оставив Анабель наедине с графиней.

Изольда сделала еще один шаг, сокращая расстояние до минимума. Она протянула руку и коснулась подбородка Анабель, заставляя её поднять голову. Холод её пальцев пробирал до костей, но Анабель не отвела взгляд.

— Ты хочешь прикоснуться к тайне? — прошептала графиня, наклоняясь к самому уху девушки. — Тогда будь готова к тому, что твоя прежняя жизнь закончится здесь, под этим дождем. Ты больше не будешь принадлежать себе. Ты станешь частью этой книги, частью моей истории.

Анабель почувствовала, как сердце забилось в ритме, который диктовал этот лес. Она знала, что должна бежать, что служанка была права, предупреждая об опасности, но воля графини, её пугающая, почти мужская решимость и эта древняя магия, исходящая от неё, парализовали всякое сопротивление.

— Я готова, — ответила Анабель, и в её голосе не осталось ни капли сомнения.

Изольда довольно прищурилась. Она резко развернулась, взмахнув подолом платья, и направилась вглубь чащи, туда, где деревья сплетались в непроходимую стену. Конь, не дожидаясь команды, последовал за ней, а Анабель, словно под гипнозом, сделала первый шаг следом, оставляя позади привычный мир, этикет и саму себя. Дождь смывал следы их присутствия, стирая грань между реальностью и темным, древним преданием, которое только что начало свою новую главу.